Фавориты Фортуны

Колин Маккалоу
Фавориты Фортуны
Автор: Колин Маккалоу
Просмотров: 5
«Фавориты Фортуны» – третий роман знаменитого цикла Колин Маккалоу «Владыки Рима» по замыслу автора должен восприниматься не только в качестве продолжения романов «Первый Человек в Риме» и «Битва за Рим», но и как самостоятельное произведение, вполне законченное и независимое.В переломный момент истории новое поколение честолюбивых римлян вступает в противоборство за власть и величие. Избранные, которым покровительство богов даровано с рождения. Проклятые, изнывающие под тяжким бременем диктата судьбы в пылу яростной схватки за власть, – схватки, в результате которой столь многим из них суждено быть поверженными.Но есть среди них один, кто величественно возвышается над всеми: юноша, щедро одаренный талантами и красотой, чьи амбиции беспримерны, чья жизнь и любовь стали легендой, чья слава – слава самого Рима. Юноша, которому самой Фортуной суждено было прославить и возвысить свое и без того гордое имя – Цезарь.

Книга «Фавориты Фортуны» — читать онлайн бесплатно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Почему cunnus – мужского рода, а mentula – женского?

Цезарь растерялся:

– Не знаю.

– Ведь должна же быть причина.

– Честное слово, я никогда не думал об этом. Но теперь, когда ты обратил мое внимание на эту несообразность, я тоже заинтересовался."

"– Сunnus должна быть cunna. Это ведь женские гениталии, в конце концов! А mentula должен быть mentulus, коль скоро это пенис. Вы, римляне, так гордитесь своим мужским достоинством, а на самом деле ваши женщины – мужчины, а мужчины – женщины!

И царь откинулся на спинку кресла, весь сияя.

– Ты выбрал не слишком вежливые слова для обозначения наших половых органов, – серьезно отозвался Цезарь. – Сunnus и mentula – ругательства. Ответ очевиден, я думаю. Род слова обозначает пол, который должен найти себе пару. Пенис предназначен для женского органа, а судьба вагины – приветствовать приход пениса.

– Ерунда! – воскликнул царь.

– Софистика! – молвила царица, пожав плечами.

– А ты что скажешь об этом, Сулла? – спросил Никомед у собаки, к которой он стал относиться намного лучше после приезда Цезаря, может быть, потому, что Орадалтис больше не использовала пса, чтобы так безжалостно дразнить старика.

Цезарь расхохотался:

– Когда я вернусь домой, я обязательно спрошу его об этом!

После отъезда Цезаря дворец опустел. Два престарелых обитателя бродили по дворцу, сбитые с толку, и даже собака была печальна.

– Он стал нам сыном, которого у нас никогда не было, – сказал Никомед.

– Нет! – решительно возразила Орадалтис. – Он – сын, которого у нас никогда не могло быть. Никогда.

– Из-за моей наследственной предрасположенности?

– Конечно нет! Потому что мы не римляне. А он – римлянин.

– Может быть, вернее сказать: он – это он.

– Никомед, как ты думаешь, он вернется?

Этот вопрос, казалось, взбодрил царя.

– Да, я верю, что он вернется, – очень твердо ответил он.

Когда Цезарь прибыл в Абидос в октябрьские иды, он увидел обещанный флот, стоявший на якоре: два огромных понтийских боевых корабля, восемь квинквирем, десять трирем и двадцать добротно построенных, но не слишком приспособленных к военным действиям галер.

В письме царя Цезарю говорилось:

Поскольку корабли нужны для блокады, а не для преследования в море, я достал тебе вспомогательные суда, широкие, с палубами. Это бывшие торговые корабли. Они послужат вместо двадцати беспалубных боевых галер, которые ты просил.

Добавить комментарий
Комментариев (0)

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Подбор книги