– Мочка левого уха.
– Ну, я же так и сказал.
– У него нож в кармане был?
– Я не видел.
– А документы он милиционеру показать успел?
– Не-а. Так сразу ножом ударил, быстро. Я толком разглядеть не успел. И убежал.
– Можешь идти, Ваня. Если что-то еще вспомнишь, скажи дежурному.
– Спасибо, дяденька. Вы тоже из милиции?
– Из милиции.
– А почему на вас формы нет?
– Надо так, Ваня. Ты иди, а то маму кто встречать будет?
Паренек ушел. Андрей переписал себе его данные. Так, на всякий случай. Дело будут расследовать не территориалы, не его отдел, а транспортная милиция и транспортная прокуратура.
– Дежурный, ты начальству доложил о происшествии? Нападение на постового при исполнении.
Дежурный схватился за голову. Андрей же пошел в общежитие. Врач еще возился у раненого постового, а у входа в вокзал стояла «Скорая помощь» на базе полуторки. Андрей шел и размышлял. Который уже раз он слышит про человека с раздвоенной мочкой. Это один человек или разные? Решил утром посоветоваться с Феклистовым – сообщить гэбэшнику, лейтенанту Владимиру Васильевичу, или не стоит?
– Постового жалко, выживет ли? – С тем и уснул.
Утром Феклистов приказал:
– Садись, оформляй все бумаги – протоколы допросов. Бандюган твой подписался?
– А как же!
– И передавай в прокуратуру. Мы свое отработали. Преступников задержали, допросили, награбленное вернули.
– Николай, поздно вечером на вокзале постового ножом ударили.
– В наших сводках он не проходил, это дело транспортной прокуратуры и милиции.
– Знаю. Обрати внимание на два обстоятельства. Первое – преступник ударил постового ножом в левый бок, в грудную клетку. И второе. Там все на глазах у пацана происходило. Так он примету интересную сообщил – мочка левого уха у него разорвана.
– Повтори!
Николай Иванович покрутил в руке спичечный коробок. Как уже заметил Андрей, делал это начальник угро, когда заинтересован был.
– Думаешь, это мой полицай с фото? Как же его? А, Гурин Григорий Никифорович.
– А про убитого на кладбище Болотникова помнишь? Тоже ведь раны смертельные были нанесены в левую половину грудной клетки.
– Полагаешь – одно лицо?
– Судя по почерку – да.
– Значит, он где-то рядом поселится. Или в Балашихе живет, либо в Москве. Зачем тогда в Балашиху приезжает?
– Надо пахана трясти, про которого раненый Трегубов рассказал. Если пахан сказал, что это страшный человек, он как-то общается с ним, знает его.
– Конечно.