Оказалось, что ростки, которые мне вручил народ Валеры, проросли и теперь служили живой изгородью. Присмотревшись, увидел, что они помогали при переноске материалов для строителей, чем облегчали задачу. Буквально из-под земли вылезла лиана, схватила целый бетонный блок и утащила по заданию строителя.
Угольки так же участвовали в строительстве, но больше на территории Метеоритного Пояса. Лора запихала в них достаточно знаний, и теперь они воздвигали еще один уровень стен, окружая проход небольшим предбанником. Пока конечной схемы постройки я не знал, да и не хотел.
Тягач также присутствовал и руководил всем процессом.
— О, Михаил! — обрадовался он, как только я вышел из машины. — Решил проверить?
— Конечно, — кивнул я, пожав руку мужику. — Ну и как ты тут? Когда будет готов дом?
На этот вопрос Тягач только рассмеялся. И Надя. И Лора.
— Ну ты тоже, как скажешь, так хоть падай, — махнул он рукой и пошел разговаривать с каменщиками.
— А что не так-то? — удивился я.
— Скажем так, — произнесла Надя.
— Но я все же задам.
— В общем еще год, минимум, когда объект полностью будет готов, — сказала девушка.
— Чего⁈ — опешил я. — Так Угольки… А вот эти все растения? Может, их как-то обучим?
— Это не моя задача, — сказала Надя.
Мы прошли по территории строительства. Должен признать, Ковальский обладал большим запасом людей. Помимо того, что сейчас на Сахалине находятся его бригады, а это минимум двести человек и еще едут столько же, так еще и тут около сотни.
Приятно видеть, как организовали посадку дирижабля. А то вспоминая некоторых гостей, не хотелось, чтобы они парковались в поле.
И когда мы почти все закончили, мне позвонил Газонов.
— Алексей Октябринович, здравствуйте, как ваше ничего? — сходу спросил я.
— Михаил, вы сейчас одни? — его голос был необычно строгим и официальным.
— Я у себя на стройке, но в, целом да, я могу говорить.
— Замечательно. Объясните, как так получилось, что в Лондоне была раскрыта ваша личность? — начал он с наезда.
Лора промотала мне всю поездку. Да, были моменты, когда я немного заигрался и показал лицо Леонтьеву и Меладзе, но так же точно могу сказать, что никаких записей с камер не осталось.
— Это только слова, Алексей Октябринович. Меладзе и Леонтьев просто кричали, что это я.
— О нет, Михаил, были свидетели, которые видели вас. Им показали ваши фотографии, и они подтвердили.
— И что? — продолжил я.