В мою сторону полетела магия, бойцы ближнего боя с криками рванули вперед, а за спиной загрохотали пулеметы и пушки. В один миг место поединка накрыло пламенем, засвистели осколки и пули, послышались крики боли и яростный рёв воинов. Но меня слабо волновало происходящее на поле сражения. Я просто шел вперед, не отводя взгляда от своей жертвы, и лишь иногда точными взмахами меча обрывал жизни случайно попавшихся на пути врагов.
— Ты же хотел поединок, — усмехнулся я, глядя на отползающего близнеца. — Вот, теперь всё честно.
"Постепенно под шквалом раскаленного свинца иномирцев начали теснить. Несколько раз грохнул танк, а стволы тяжелых пулеметов и скорострельных пушек уже раскалились докрасна, но техника всё равно с грозным рыком мощных моторов медленно катилась вперед, тесня противников и заставляя их то и дело откатываться назад.
Где-то за спиной слышался лязг стали и басовитый рык Черномора. Он не забывал раздавать приказы, но при этом активно размахивал своим тесаком.
На моем пути появились тяжелые пехотинцы. Личная гвардия лорда Лемиона, лучшие бойцы. Они закрыли собой господина и выставили вперед щиты и мечи, но я просто продолжил идти вперед.
А когда они перезарядились и сделали следующий выстрел, мне не пришлось делать никаких движений, ведь подоспел Защитник. Не знаю, как он это делает, если честно. Видимо, какая-то его внутренняя магия позволяет ему защищать так, что этого даже не замечаешь. Он укрыл меня щитами, и как только в них врезались стрелы, тут же их убрал.
А я шел.
— Стой! Мы же хотели договориться! — одним взмахом заставил сразу двоих рыцарей упасть. Удар не пробил их броню, и от лезвия на тяжелых шлемах остались глубокие борозды. Но удар энергией жизни заставил их потерять сознание.