Поломанные испорченные мечи, копья, искореженная броня, от которой остались одни лишь лохмотья. Но даже этот мусор показался аукционистам ценным, поэтому они забрали всё. Проще будет потом провести более подробную оценку и попытаться продать на аукционе. А система аукциона уже сама определит настоящую их стоимость.
Закончив с откровенным мусором, за который я выручу круглую и очень приятную сумму, мы перешли в следующий зал.
— Эту коллекцию картин, как говорил ранее, я вывез из особняка одного местного виконта, — указал на пару десятков развешанных на стене картин.
"— Цену определят специалисты, но могу сразу сказать, что примерно в районе двадцати-тридцати тысяч. Вряд ли больше, — прикинул один из них. А я дал отмашку упаковывать товар в ящики. — Простите, что это за древесина? Это же…
— Да, иномирная, — махнул я рукой. — У нас тут леса маловато, а вот порталов достаточно. Перебиваемся, чем можем.
— Но такой материал тоже имеет цену, и очень даже высокую, — удивленно проговорил оценщик.
— Понимаю, но не буду же я брать деньги еще и за упаковку, хотя эта древесина лучше, чем наша, и обладает интересными свойствами. Упакованные предметы не поразит плесень или еще какая-нибудь зараза, сохранность товара будет отличной, — надо будет подкинуть им идею продавать картины в моих фирменных ящиках. Возможно, люди будут покупать эти картины ради такой упаковки.
Разобравшись с этим залом, перешли в следующий. Тут я разместил продукцию своих мастеров. Например, обломок статуи, выполненный в виде головы дракона.
— Это, если честно, я и сам не знаю откуда, — указал на нее. — Под Северодвинском нашли.
— Это не иномирная статуя, но… — оценщик внимательно изучил чуть ли не каждый миллиметр каменного изваяния. — Но работа интересная… Жаль, авторского клейма нет, потому цена примерно три тысячи.
Эх, не получилось. Ну ладно, попытаться стоило. Хотя надо сказать, что Людвиг очень постарался и создал копию одной древней статуи из моего мира.
— Вот еще коллекция, сами смотрите, что нравится, — махнул рукой на остальные изваяния. — Подсказать, какая из них где добыта, не смогу, так как не помню.
— А вы действительно много воюете, раз забываете происхождение своих трофеев, — усмехнулся один из оценщиков.
— Нет, что вы… Воюю я в свободное время для души. На самом деле, я лекарь, людей лечу.
После зала со статуями, где я тоже распродал почти все экспонаты, мы перешли в помещение с палатками и шатрами.