Все это он проделал с таким же непроницаемым лицом, и мне захотелось от души приложить его кочергой и отобрать тапочки — может, хоть тогда увижу какие-то эмоции.
Если он и с Настенькой общался с такой же мордой кирпичом, понятно, почему она жаловалась на холодность мужа и запирала спальню.
Кстати, надо бы доктору скальпель вернуть. Или все же нагло присвоить, наверняка тот уже обзавелся еще одним, если вопреки здравому смыслу не держал дома запасной? Посмотрю на его поведение.
И, словно отвечая на мой невысказанный вопрос, Евгений Петрович сухо произнес:
— Анастасия Павловна, у меня к вам серьезный разговор. Я попросил Виктора Александровича присутствовать при нем не только как вашего супруга, но и как главу дворянского совета нашего уезда.
Так. Обойдешься без своего скальпеля.
— Марья, подай чай в маленькую гостиную, — крикнула я.
Хорошо, что во время последней уборки я сняла пыльные чехлы, чтобы их постирать, и пока не вернула обратно.
Плохо, что снова назревает какая-то пакость.
Конец первой книги"