В это же время он стал магистратом. Однако женитьба не слишком изменила Клавдия. Приданое супруги включало большой дом на Палатинском холме, и именно там она по большей части проводила вечера в полном одиночестве, пока муж веселился в тавернах Субуры.
— Очень занятные новости, — объявил Клавдий. — Но ты должен обещать, что никому ничего не скажешь.
Цицерон жестом предложил ему сесть.
— Ты же знаешь, я умею хранить тайны.
— Тебе действительно понравится, — сказал Клавдий, усаживаясь. — Сногсшибательная новость.
— Надеюсь, ты меня не разочаруешь.
— Ни за что. — Клавдий подергал себя за бородку. — Повелитель Земли и Воды разводится.
Цицерон сидел, развалясь в кресле, с полуулыбкой на лице — его обычная поза, когда он слушал Клавдия. Услышав это, он медленно выпрямился:
— Ты совершенно уверен?
— Я только что услышал это от твоей соседки — моей очаровательной сестрички, которая, кстати, шлет тебе привет, — а она получила это известие с особым посыльным, прибывшим прошлой ночью от ее мужа, Целера. Как я понимаю, Помпей написал Муции и велел ей покинуть дом к тому времени, как он вернется в Рим.
— А когда это будет?
— Через несколько недель. Его флот недалеко от Брундизия. Может быть, он уже высадился.
Цицерон тихонько присвистнул:
— Так он наконец возвращается. Спустя шесть лет — я думал, что уже никогда его не увижу.
— Скорее надеялся, что больше его не увидишь.
Замечание было дерзким, однако Цицерон, слишком занятый будущим возвращением Помпея, не обратил на него внимания.
— Если он разводится, значит собирается жениться вновь.
— Нет. Только то, что Муция получила по своей хорошенькой попке, а дети остаются с Помпеем, хотя он едва знает их. Как ты понимаешь, оба ее брата взбешены. Целер клянется, что его предали. Непот кричит о том же. Естественно, Клавдия находит все это очень смешным. И все же какая черная неблагодарность — после всего, что они для него сделали, — развестись с их сестрой, обвинив ее в супружеской неверности!
— А она действительно была неверна?
— Неверна? — Клавдий хихикнул.
— Ты что, пьян? — спросил Цицерон. Он наклонился и принюхался, а затем сморщил нос. — Ну конечно! Тебе лучше пойти и протрезветь и не забывать о правилах приличия.
В какой-то миг я испугался, что Клавдий его ударит.