Его веки опустились, глаза широко распахнулись в последний раз, и он устремил на меня взгляд, который я не забуду до конца жизни: в нем мне открылась бездна, — после чего откинулся на мои руки и потерял сознание. Я был в ужасе от увиденного; это было все равно что посмотреться в самое черное зеркало — ничего не различить, кроме бесконечности. И в тот миг я понял, что умру так же, как и Сосифей, — бездетным и не оставившим после себя никакого следа. После той ночи я удвоил свои усилия по написанию этих заметок — для того, чтобы моя жизнь имела хоть этот крохотный смысл.
Сосифей промучился еще около суток и умер в последний день старого года. Я сразу же доложил об этом Цицерону.
— Бедняга, — вздохнул консул. — Его смерть расстроила меня больше, чем должна была бы опечалить смерть раба. Проследи за тем, чтобы все присутствующие на похоронах поняли, как он был мне дорог. — Цицерон отвернулся к книге, которую читал, но, заметив, что я все еще в комнате, спросил: — Что еще?
Передо мной стоял трудный выбор.
— Думаю, тебе надо кое-что знать, — сказал я и, достав свою табличку, зачитал хозяину последние слова Сосифея, которые тщательно записал.
Сжав подбородок рукой, Цицерон изучающе смотрел на меня.
— Я знал, что надо было попросить тебя скопировать эти письма.
До той минуты я все еще не верил в услышанное и постарался скрыть свое потрясение.
— И почему же ты этого не сделал?
— Ты чувствуешь себя оскорбленным? — Хозяин бросил на меня еще один оценивающий взгляд.
— В некоторой степени.
— Не надо. Это просто подчеркивает твою честность. Иногда ты слишком щепетилен для грязных дел, Тирон, и мне было бы трудно провернуть это под твоим осуждающим взглядом.
Казалось, сенатор очень гордился собой.
— Да, — ответил я, — именно так.
И это было правдой. Когда я вспоминаю удивленный взгляд хозяина в ночь, когда Красс, Сципион и Марцелл привезли письма, то не могу не восхищаться его актерскими способностями."
"— Жаль, что пришлось тебя обмануть. Однако, как оказалось, Лысую Голову мне провести не удалось. По крайней мере, сейчас ему все известно.