Вы думаете, что Катилина действовал в одиночку? Вы думаете, что один человек, каким бы деятельным и развращенным он ни был, смог бы достичь того, чего достиг Катилина, — смог бы поставить этот город и нашу республику на грань разрушения, — если бы у него не было сторонников? Я не имею в виду эту шайку разорившихся патрициев, игроков, пьяниц, надушенных юношей и бродяг, которые все время вились вокруг него, среди них, кстати, был и наш самолюбивый молодой обвинитель. Нет, я имею в виду людей, кое-что значащих в нашем обществе.
Людей, которые увидели в Катилине возможность удовлетворить свое собственное честолюбие, опасное и неистовое. Эти люди не были казнены по решению сената пятого декабря того памятного года и не погибли на поле битвы под натиском легионов Гибриды. Они не отправились в изгнание на основе моих свидетельских показаний. Они и сегодня свободны. Более того, они управляют республикой!
До этого Цицерона слушали в полной тишине.
Теперь же многие слушатели выдохнули и повернулись к своим соседям, потрясенные услышанным. Бальб стал что-то записывать на восковой табличке. Я подумал: понимает ли хозяин, что он делает? И рискнул взглянуть на Цицерона. Казалось, ему было неведомо, где он: сенатор забыл о суде, о присутствующих, обо мне, о раскладах в государственных делах и хотел только выговориться."
"— Эти люди сделали Катилину тем, кем он стал. Без них он был бы ничем.
Они предоставили ему голоса, деньги, помощь и защиту. Они говорили за него в сенате, в судах и на народных собраниях. Они прикрывали его, подкармливали его и даже снабжали оружием, необходимым для свержения правительства. — (В этом месте у меня отмечено, что из толпы вновь раздались громкие крики.) — До сегодняшнего дня, граждане, я не понимал, что мне пришлось столкнуться с двумя заговорами. Один из них я уничтожил, но за ним скрывался второй — и этот второй, внутренний заговор все еще существует.
Римляне! Оглянитесь вокруг, и вы увидите, как он процветает! Это управление при помощи тайного совета и ужаса на наших улицах. Это управление при помощи незаконных способов и всеобщего подкупа. Боги, и вы обвиняете Гибриду в продажности? Да он беспомощен и беззащитен, как ребенок, по сравнению с Цезарем и его дружками! И сам этот суд — еще одно тому доказательство.
