Выслушав произнесенную шепотом инструкцию, евнух кивнул, подтверждая, что все понял. Спустившись с помоста, Вэнь Да жестом подозвал двух слуг и шепотом отдал приказы. Те сразу отправились к большим, покрытым тусклым красным лаком сундукам, которые стояли в углу возле помоста. Видимо, все было приготовлено заранее, причем в нескольких вариантах и, наверное, не только для нас с Лан Танем. Один слуга вручил мне шелковый халат, аккуратно сложенный так, что сверху был буфан лев, а второй слуга — такой же, но с буфаном единорог, Лан Таню.
Выслушав слова благодарности, Сын Неба пообещал мне:
— Остальные подарки привезут на твою джонку.
Когда мы вышли из дома на колесах и миновали все три кольца охраны, Лан Тань облегченно выдохнул, вытер рукавом мокрый от пота лоб и произнес откровенно:
— Я был уверен, что меня казнят вместе с тобой за наглость.
— Наглость — это удел проигравших, а у победителей называется дерзостью, — выдал я следующую сентенцию.
Еще пара лет в Китае — и я начну говорить афоризмами.
26"
"Император Канси свое слово сдержал, подтвердив тем самым, что маньчжуры — неполноценные китайцы. Для китайца не вернуть долг — это святое. В Европе человек, не вернувший вовремя долг, распростился бы с хорошей деловой репутацией (аналог китайской потере лица) навсегда, а в Китае это в порядке вещей даже в двадцать первом веке. Моя китайская подруга даже прочитала мне лекцию, как надо выдавливать долг без физического насилия. Оказывается, это целая наука. В Европе, включая Россию, народ необразованный, поэтому тупо выбивает долг битами или другими подручными предметами.