– Вы не верите мне, собственной плоти и крови! Угрожаете всякими единорогами с рогами задом наперёд! Если бы о таком узнали мои друзья на Фейсбуке, они пришли бы в ужас!
Мистер Кан взял телефон Логана и дал ей.
– В таком случае, может быть, ты сможешь придумать некое другое объяснение вот этому?
Руби нахмурилась, изучая карту. Поводила пальцем по экрану, перемещая изображение, увеличивая и уменьшая его.
– Это что, шутка такая? – спросила она наконец.
– Это, – проговорил мистер Кан, – твои приятели Стерлинги хотят сотворить с нашим Зверинцем.
– Посмотри, сколько всего они знают, – добавила миссис Кан. – Они просто не смогли бы вспомнить всё это, если бы ты в самом деле дала им чернила.
Руби машинально коснулась одной из своих сверкающих серёжек в виде красных сердец.
– Нет, – пробормотала она. – Такого не может быть! Джонатан бы этого никогда не допустил! Он любит меня!
– «Любит»? – переспросила Зои резко. – Не «любил»?
Стеклянные двери раздвинулись, и в комнату вошёл Мэттью. За собой он вёл хрупкую цилинь.
Он затаил дыхание. Лжёт Руби или нет?
Цилинь всего раз взглянула на Руби, и её рог тут же вспыхнул синим.
Виновна.
Глава третья
Зои таращилась на светящийся рог цилиня.
Руби солгала о чернилах кракена. Она подвергла риску весь Зверинец ради какого-то парня – придурка и предателя.
Между прочим, именно это она и сделала. Дала чернила Джесмин. Отказалась от лучшей подруги.
Зои потянулась к Капитану Мохначу и ощутила, как мамонт обнимает её хоботом за пояс.
– Спасибо, Кири, – сказал отец Зои.
Цилинь слегка поклонилась, затем развернулась и вышла обратно в Зверинец.
– Ну ладно, да! – выпалила Руби и швырнула телефон на стол. Зои увидела, как Логан морщится, увидев это. – Не давала я Джонатану чернил, ясно? Потому что у нас с ним любовь навсегда!
– И опасность, которая грозила Зверинцу, тебя совсем не волновала? – спросил мистер Кан. – Джонатан ведь пытался украсть зайцелопа. Ты вообще хоть примерно представляешь, что вышло бы, если бы ему это удалось?"
"Зои никогда не видела отца таким ошарашенным.