– И сколько же ты будешь привыкать?
– Всего несколько дней. Тебе нужно немного потерпеть. Скажи спасибо, что я тебя честно предупредила о всех своих странностях, а то бы сотворила что-нибудь в момент экстаза, и тогда неизвестно, чем дело могло закончиться.
– Спасибо. Ладно, подруга, пойдем, я тебя спать положу. Завтра поедем за цепью.
– А где ты меня положишь?
– В комнате, где окон нет, чтобы ты не сбежала.
Серега помог мне подняться и повел в комнату, где не было окон. Эта комната напомнила чулан, в котором держал меня Пашка.
– Это на случай туалета? – поинтересовалась я, показывая на ведро.
– Точно, улавливаешь на лету. Давай, ложись спать и поскорее ко мне привыкай.
– Если развяжешь руки, быстрее привыкну.
– А вот насчет этого не знаю.
– Сереж, ну сам посуди, как я могу уснуть с завязанными руками.
Освободи руки и дай рюмку водки.
– Руки я тебе развяжу, а вот про спиртное забудь. Пока ты со мной, ни капли не получишь.
Серега перерезал скотч, выкрутил из светильника лампочку и направился к выходу.
– А лампочку-то зачем выкрутил?
– Потому что свет тебе ни к чему. Спокойной ночи.
Дверь захлопнулась.
– Спокойной ночи, – процедила я сквозь зубы и тут же подошла к двери. С моей стороны замка не было. Все понятно – закрыл на задвижку.
– Вот черт! – Мне ничего не оставалось, как пойти и лечь на раскладушку.
Естественно, сон не шел. Перед глазами опять встали те двое отморозков.
А еще я почувствовала, как сильно тоскую по Паше, по его рукам, губам, телу…
Боже, какие приятные слова шептал он мне на ухо в минуты сладострастия! Я закрыла глаза и стала слушать тишину.
– Пашка, ты сумасшедший! Как ты меня нашел?!
– Я так соскучился…
– Подожди. Сюда в любую минуту могут войти.
Пашка встрепенулся, словно очухался наконец от кошмарного сна.
– Точно. Я как-то об этом не подумал. Надо уматывать отсюда как можно скорее.
– Ты как вошел в дом?
– Через входную дверь.
– А где все?
– В дальней комнате сидят. У них там стрелка. Народу съехалось выше крыши. Медлить нельзя, иначе нас здесь обоих похоронят.