Если мы предъявим в доказательство вины Юсупова в смерти Дмитрия только осколки, нам никто не поверит. Поэтому обязательно нужно найти ещё хоть что-нибудь прямо указывающее на то, что он здесь был.
Спустившись с насыпи, я медленно побрёл дальше, так глубоко вдыхая местные эфиры, что начала кружиться голова.
Одна куча камней сменяла другую. Насыпи были то меньше, то больше. На земле глубокие борозды от колес крупной техники. Пару раз меня кто-то окликнул, но я не ответил, чтобы не выходить из состояния, похожего на транс.
Вдруг за очередной насыпью я уловил его! Это был тот самый эфир! В этом я уверен полностью. Это было так неожиданно, что я замер, боясь упустить след. Медленно, стараясь не делать лишних движений, я двинулся туда, откуда он ко мне прилетел.
С каждым шагом эфир становился всё ощутимее. Вскоре я очутился у груды камней, с одной стороны заросших кустами. Осторожно отодвинув ветки, я увидел темный проход внутрь груды. Это был вход в рудник, и именно оттуда шёл эфир.
Вытащив из рюкзака фонарь, я забрался в проход и очутился в довольно широком коридоре, где мог встать в полный рост. Под ногами лежала изъеденная ржавчиной узкоколейная шахтная железная дорога, на стенах светился уже знакомый мох.
Тот самый эфир здесь был в таком количестве, что я больше не боялся потерять след, который вёл меня всё глубже и глубже. Вскоре я заметил небольшой ответвление и, принюхавшись, двинулся налево. Идти пришлось недолго.
Я оказался в небольшой комнате, в которой было гораздо светлее из-за мха, растущего здесь в огромных количествах. Даже пол под ногами был такой же мягкий, как шерстяной ковёр в доме Савельевых.
У дальней стены, на лежанке из веток кто-то был…
Глава 2
Я направил на лежанку луч света фонаря и увидел мужчину. Он лежал, отвернувшись к стене, и мелко трясся. Быстро приблизившись, я дотронулся до его плеча.
— Дмитрий, это вы?
Ответа не последовало. Казалось, что он спит, но по эфиру от его тела я понял — он сильно болен.
Только сейчас я обратил внимание, какой он худой. Тонкая белая кожа с зарубцевавшимися язвами покрывали его тело, едва прикрытое лохмотьями.
Не уверен, что это и есть Дмитрий Филатов. В памяти Шурика, отец выглядел здоровым сильным мужчиной, а этот же больше походил на живого мертвеца.