Они вынимают запасное оружие: лопатку, кинжал и биту. Два ошарашенных пехотинца уже не представляют для них особой угрозы. Я же отбрасываю разваливающийся в руке щит в сторону и обнажаю свой клинок.
Наездник тяжело поднимается на ноги. На поясе у него всё ещё висит тесак, который он и берёт в руки.
Он прихрамывает, видно, приземление прошло не так гладко.
Но я понимаю, что раз уж у них пехотинцы выше нас по уровню, то как дела обстоят с более высокими должностными лицами?
Сомневаюсь, что они хотя бы на равной ступени.
— Я убью тебя, а следом возьмусь и за твоих сосунков, — огрызается хромающий противник, готовый броситься на меня в любую секунду.
Я глубоко вздыхаю.
— Сомневаюсь, что у тебя это выйдет, — отвечаю, озаряя его нахальной ухмылкой.
— Что, думаешь, лучше меня, сука⁈ — вопит он от ярости.
— Нет, — качаю головой, — просто не я твой противник.
— Что ты пизд…
Бах!
Молния в спину — это мощно. В упор — вдвойне мощно.
— Отличный выстрел, — комментирую я появление Мыши, которая картинно сдувает «дым» со своих пальчиков, сложенных в виде пистолета.
— Всегда бы так, — высокомерно поправляет она волосы.
— Смотри не лопни от гордости
Огонь по краям тропы слегка редеет. Перепуганные кабаны уже свалили в лес, стоило только первому из них создать брешь.
Эту битву мы определённо выиграли, одержав верх с оглушительным счётом.
Да, мы победили в сражении. Но не в войне. И потому всё только начинается.
— Эй, парни, — кричу, я опомнившись. — Всех не добивайте! Оставьте «языка», я хочу с ним вдумчиво пообщаться!
Глава 17
Первая битва с «кабаньими всадниками» завершилась сокрушительной победой.
Для меня этот исход — истинное воплощение успеха.
Хотя, конечно, вслух это не признаю, но в глубине души я был готов к неожиданностям, в результате которых Спарта потеряла бы кого-то из своих."
"Да, злит это, конечно, до чертиков, но как лидер, как Лорд, я обязан быть готов ко всему, даже если события приобретут нежелательный характер.
Однако вернусь к этим мрачным раздумьям как-нибудь потом. Сейчас — время нашего триумфа.
Особенно важным для меня было не просто разбить врагов, но уничтожить целиком. Не дать уйти ни одному человеку. Прежде всего этот отряд — разведка. Его исчезновение заставит врага насторожиться.
А это даёт дополнительное бесценное время на подготовку. Саму гибель скрыть не получится. Система вернёт вместо убитых воинов — первоуровневых новичков.