– А чем не угодили дети?
– Представьте, не может видеть детей, слышать о ком-то, кто счастлив с детьми. Стоит ей узнать, что у кого-то появился или вот-вот появится ребенок, она тут же становится несчастной. Ведь рожать она больше не может, а тот ребенок, что все-таки родился, оказался недоразвитым. Вы, наверное, про это слышали?
– Слышал. Печальная история, большое несчастье. Но ведь прошло столько лет, казалось бы, это должно как-то забыться.
– Не забылось. У нее это прямо болезнь. Дети наводят ее на горькие мысли.
– А как к этому относится мистер Радд?
– Ну, ребенок-то был не его. Отец – ее прежний муж, Исидор Райт.
– Прежний муж. Интересно, а где он сейчас?
– Снова женился и живет во Флориде, – без раздумья ответила Элла Зелински.
– Как вы считаете, у Марины Грегг за ее жизнь набралось много врагов?
– Не сказала бы, что сверх меры. Как у всех. Разумеется, враги возникают: из-за другого мужчины, из-за другой женщины, из-за выгодного контракта или зависти. Обычное дело.
– Вам не казалось, что она кого-то боится?
– Марина? Кого-то боится? Не казалось. Боится? С какой стати?
– Не знаю, – признался Дермот. Он взял лист с перечнем фамилий. – Большое спасибо, мисс Зелински. Появятся вопросы – я к вам снова обращусь, если не возражаете.
– Пожалуйста. Буду рада... все мы будем рады вам как-то помочь.
II– Ну, что принес мне, братец Том?
Детектив-сержант Тиддлер понимающе ухмыльнулся. Его звали вовсе не Том, а Вильям, но коллеги просто не могли удержаться: кто же не знает Тома Тиддлера из детской считалочки!
– Сколько золота принес мне, сколько серебра? – продолжал игру Дермот Крэддок.
Они стояли возле «Голубого кабана», Тиддлер провел день на киностудии и только что вернулся.
– С золотом слабовато, – сказал Тиддлер. – Сплетен мало. Пугающих слухов тоже. Кое-кто намекает на самоубийство.
– Почему самоубийство?
– Полагают, она могла повздорить с мужем и хотела, чтобы он ее пожалел. В таком духе. Но накладывать на себя руки она, естественно, не собиралась.
– Едва ли это похоже на правду, – заметил Дермот.
– Конечно, не похоже. В общем, они там ничего толком не знают. Варятся в собственном соку. Только и разговоров, что шоу надо продолжать, да съемку надо продолжать, да камеры должны работать. Сыплют своей терминологией, я в ней не силен. Их одно волнует: когда Марина Грегг вернется на площадку. Она уже до этого пару раз срывала съемки – устраивала истерику.