— Вы никогда ее больше не видели? Это ее выбор или ваш?
— Прошу прощения?
— Я имею в виду, приезжала ли ваша мать в Нью-Йорк, чтобы повидаться с вами? И если нет, пытались ли вы отыскать ее и выяснить, почему она так поступила?
— В обоих случаях вынужден ответить отрицательно. Да и зачем было пытаться, если я и так знал, в чем причина. Она уехала, чтобы начать новую жизнь, и отреклась от всего, что покинула.
Демьену стало досадно, что в голосе прозвучала горечь, с которой он не в силах был совладать.
"— Ну, не знаю, — заговорила Кейси, причем выражение лица у нее казалось более соболезнующим, чем Демьену хотелось бы. — Будь я на вашем месте, я бы ее отыскала и расспросила обо всем сама. Если бы ответы мне не понравились, я дала бы ей почувствовать, как она ничтожна, как бессердечна по отношению ко мне. Правда, люди черствые обычно никогда не чувствуют своей вины. На то они и черствые. Но я бы считала, что это мой лучший выстрел.
Пыталась ли она рассмешить его?
— Выстрел словесный или из пистолета, который при вас?
Кейси упрекнула его за легкомыслие суровым взглядом. Разумеется, она вовсе не собиралась его смешить, говорила вполне серьезно.
— Все эти годы, Демьен, вы находились во власти разных предположений. Разве это не тяготит вас? Я бы на вашем месте добивалась определенности, какой угодно, но только определенности.
— Ее не было со мной, когда я так в ней нуждался. Теперь она мне не нужна.
— Может быть, ради собственного покоя. Может, потому, что это единственный оставшийся в живых член вашей семьи, кроме вас. А может, потому, что вы недавно узнали о ее вдовстве и одиночестве. Вот о чем я думала бы на вашем месте. Но ведь мои отец и мать живы и ждут меня, так что я не все понимаю.
Она проявляет неодобрение и сочувствие одновременно. Интересно, как это ей удается? Но возможно, она права. Ему, наверное, давно уже стоило встретиться с матерью и выслушать, что она может сказать в свою защиту.
— Я об этом подумаю, — негромко пообещал он довольно мрачным тоном.
Кейси в ответ улыбнулась и переменила тему:
— Что касается Джека Каррутерса…
— Не так скоро, — перебил ее Демьен. — Вы что, забыли о своем «возможно»? Справедливость есть справедливость, Кейси. Давайте-ка поговорим теперь о вашей семье.