Он мог купить свою самоуверенность — если вам ясно, что я хочу сказать.
Демьен усмехнулся, когда Кейси повторила излюбленное выражение Джека, и сказал:
— Да, я об этом думал. Но тогда это именно Генри, а не его храбрый брат. Скорее всего они вылеплены из одного теста и вовсе не так уж различны, как нас пытается уверить этот якобы Джек.
— Ну, я не знаю. У меня у самой два брата, и они полная противоположность друг другу. Один все время сидит уткнувшись носом в книгу, терпеть не может ранчо и все, что с ним связано, и скоро станет практикующим адвокатом, а второй — настоящий маленький бродяга, упрямый, как все мальчишки…
— У вас есть братья?
Вопрос вызвал яркий румянец смущения.
— Ну да, — неохотно признала она.
— А еще кто?
Кейси отпила глоток вина и буркнула:
— Еще есть мать, как и у вас.
Она упомянула о его матери намеренно, зная, что он не любит говорить об этой леди; Кейси рассчитывала таким образом вынудить Демьена не задавать слишком личных вопросов. Куда лучше, если он умерит свой пыл и перестанет выведывать все до малейших подробностей.
— Сестры? Дяди и тетки?
Сузив янтарные глаза, Кейси вместо ответа нанесла Демьену ответный удар:
— Как вы дошли до того, что не любите собственную мать, Демьен?
Демьен не хотел, чтобы Кейси вела нечестную игру.
— Если я на это отвечу, получу ли взамен несколько ответов?
Кейси удивилась, что Демьен не отказался отвечать на вопрос, но сама уклончиво передернула плечами и бросила:
— Возможно.
Не слишком вдохновляюще, подумал Демьен, но большего, видно, и не добьешься.
— Хорошо. Начну с того, что я, как всякий нормальный ребенок, любил обоих своих родителей.