Земянский ведёт меня по коридору и открывает передо мной дверь кабинета администратора ресторана.
— Выйди на пять минут, — лениво бросает он администратору и женщина с готовностью встаёт из-за стола, покидая кабинет.
Земянский пропускает меня первой. Он чувствует себя здесь хозяином всего и садится в кресло во главе стола. Я будто пришла к нему на собеседование, чтобы меня взяли на работу. Михаил откидывается в кресле.
— К чему этот тет-а-тет? Есть то, что вы не могли сказать в другой комнате?
— Разумеется. Марина, как ты уже поняла, очень близка мне.
— Я за вас рада. Это всё?
— Не перебивай, — впервые в голосе Земянского прорезываются недовольные, стальные нотки, — Марина не только близкая мне женщина, но помогает мне во многом… В финансовых вопросах.
— Поздравляю.
— Я же попросил, Снежана. Раньше ты проявляла куда больше благоразумия.
— Раньше? Когда? Не помню, чтобы я пищала от счастья, узнав о том, что меня решили отдать замуж без моего согласия.
— Сейчас ты намного чаще выказываешь свой нрав.
Я смеюсь:
— Мне не нравится ничего из того, что меня ждёт впереди.
— Удивительно. Первый раз вижу, что девушка отказывается от потенциального счастливого и обеспеченного будущего.
— Вообще-то, моя семья и без вашего участия не бедствует.
— Без моего участия? Ты уверена? Что ты знаешь о бизнесе своего отца? Думаешь, Тахиров Булат до сих пор воротит свои дела всё той же железной рукой? Недавно он сменил свою сферу деятельности.
Глава 24. Снежана
Вот, значит, в чём дело…
— Спасибо за краткий экскурс в дела отца, Михаил. И за вашу помощь, я так понимаю, он решил откупиться мной?
— Некрасиво звучит… И не вполне соответствует действительности. Я давно присматриваю себе супругу.
— К чему осложнять себе жизнь? Если есть близкая женщина, ещё полезная?
Земянский улыбнулся:
— У этой близкой женщины не самая чистая репутация, ручки запачканы в кое-каких финансовых махинациях.