Картина называлась «Ограбление поезда» и представляла сестру непосредственно после выстрела: с закопченным от пороха лицом и тупым изумлением в глазах. Остальные пассажиры были едва намечены — именно так видела их Мэриан в те минуты. Двое бандитов шли по проходу между сиденьями прямо на зрителя, но только один из них был изображен во всех деталях — тот, что стрелял в Аманду. Хотя большая часть его лица была прикрыта платком, над краем виднелись глаза, золотисто-карие и круглые не то от гнева, не то от нервного напряжения.
Пока шла работа, настроение быстро улучшалось, и к концу ее Мэриан уже не могла сдержать улыбку. Конечно, в самый момент ограбления в нем не было ничего смешного, но теперь на первый план выступили забавные детали, а уж Аманда с отвисшей челюстью стала поистине находкой. Возможно, стоило показать ей готовую картину, чтобы посмотрела на себя со стороны.
Это была интересная, но опасная идея. Сразу представилось, как разъяренная сестра срывает холст с мольберта и топчет его. С нее бы сталось.
Тем временем свет за окнами померк — наступили сумерки. Мэриан, рисуя, теряла всякое представление о времени. Не успела она сложить краски, как в дверь постучали.
— Ужин будет через четверть часа, — объявил Ритин голос.
Мэриан не собиралась появляться за общим столом, по крайней мере в этот вечер, и следовало как-то предупредить об этом тетю Кэтлин. Пришлось снова нацепить очки, которые она снимала надолго только за рисованием, да и то потому, что занималась этим в полном одиночестве и был прямой смысл отложить их, вместо того чтобы смотреть поверх.
Стук раздался снова, когда Мэриан уже потянулась к дверной ручке. Поскольку она не предупредила, что не будет ужинать со всеми, это могла быть только Рита. Но за дверью оказалась Кэтлин.
— Говорят, ты взялась за рисование, Мэриан. Можно взглянуть на плоды твоих трудов? Или ты из тех художников, которые не выносят, когда их картины разглядывают незаконченными?
— Конечно, ты можешь взглянуть.
Мэриан с застенчивой улыбкой отворила дверь шире, пропуская тетку в комнату.
— Боже мой! — воскликнула Кэтлин, приблизившись к мольберту. — Так вот чего вам пришлось натерпеться! Это все правда?
— Правда, — хмыкнула Мэриан. — Аманда не захотела добровольно расстаться со своим ридикюлем, и в нее выстрелили почти в упор.
— С ее стороны это было… смело.
Девушка засмеялась — запинка говорила сама за себя.