Отец рассказывал, как она на женской половине слуг гоняла, да и сам видел, когда, раз в полгода наведывался в поместье, проверить, как у родительницы идут дела. Понятно, что всем домом управлять ей никто не давал, но в женские дела отец никогда не вмешивался, полностью отгородившись от жены и ее жизни. Проще дать женщине возможность распоряжаться на женской половине, чем она от безделья начнет доставлять проблемы всему замку.
— Как Мариэта свекровь звала, слышали? Мама?
— Нет, по имени — Альмира.
— Альрима?
— Может, Альрима, я точно не расслышала.
Значит, всё-таки, мать! — Михаэль сжал кулаки.
Что ей понадобилось от его жены и, главное, как она о ней узнала, если он сам только недавно понял, что женат? И как выбралась из поместья, он же четко распорядился — ни в чем не ограничивать, но категорически запретить покидать усадьбу?! Ну, он помощничкам сейчас задаст!!!
— Что забыли-то? — продолжала допрос соседка. — Корзины тащили, я видела. Даже свекровь две взяла."
"— Когда тащили? — машинально отреагировал граф, размышляя, что его мать могла такого наговорить жене, что та до сих пор глаз не кажет.
— Так, сегодня. Аккурат за четверть оборота, как вас увидела, — удивленно ответила Смияда. — Разве вас не Марита послала? Они же только-только ушли.
— Ушли? — Михаэль отказывался верить. — Вдвоём? Порталом?
— Ну, да, — растерялась женщина. — Вы, что, не знали? А, они должны были вас подождать, да? Ушли-ушли! Сама видела.
Не говоря ни слова, граф ринулся к дому, рывком открыл дверь, не заметив, что вышиб замок, и пронесся ураганом по комнатам — никого.
Он битый оборот в земле возился и вокруг пустого дома круги нарезал! Идиот!!! Что ему стоило сначала проверить, есть ли Рита внутри? Покрасоваться захотел…
Любопытная соседка скрылась, видимо, вспомнила о неотложных делах.
Грах, надо было расспросить ее получше, но он так растерялся, что не сообразил. Да и как расспросишь, если, по мнению соседей, он брат Мариэты и должен об изменениях в жизни сестры знать больше, чем посторонние.
Мужчина вышел наружу, осторожно приставив обратно покалеченную дверь, сделав в памяти зарубку — заплатить Пронию, который топчан для него сколотил, чтобы тот починил разбитую створку и врезал новый замок.