Нас прилюдно пожурили за побег, неподобающее поведение и нарушение правил приличия. Подчеркнули, что жизнь уже сама успела осудить и даже сурово наказать нарушителей общественного спокойствия. И поделом, ибо нефи… то есть надо всегда слушаться старших и делать, как они велят. Благородно подарили прощение — и от себя лично, и от отсутствующего в данный момент бывшего жениха. А потом Петьку торжественно назначили…
Что?!
— С завтрашнего дня граф Пиотрей Ольес вступает в должность инспектора по делам малых народов…
Я чудом удержалась от оскорбительной в данной ситуации улыбки.
Интересно, король это серьезно или с намеком и желанием «уесть»? Нет, Йор, конечно «малый», кто же спорит? И Эари тоже. А вот Мррагарр с Шеххиссом точно под определение не подходят. Да и берегинь крошками только самоубийца осмелится назвать.
— Помогать в организации новой службы будут мои племянники.
Его величество выцепил кого-то из толпы взглядом и поманил к себе.
При слове «племянники» я насторожилась, но тут же досадливо поморщилась — к нам подошли совершенно неизвестные молодые мужчины.
— А где?..
Танфрад завертел головой, потом раздраженно хмыкнул и что-то прошипел на ухо наклонившемуся к нему брату.
— Маркизы Эрмейн и Фестер Леро, — наконец представил он родственников — Прошу любить и жаловать.
Последняя фраза предназначалась главным образом мне и сопровождалась такой довольной улыбкой, что и идиотка бы догадалась — прибыла очередная партия потенциальных претендентов на руку разведенки.
Монарх встал, подавая знак, что большой королевский прием окончен и пора переходить от дел к развлечениям. Петька тут же подхватил меня под руку, вокруг вороньем закружили наследники с «племянниками», и мы дружным коллективом под ошарашенно-заинтересованными взглядами окружающих направились в бальный зал.
А в голове у меня билась одна-единственная навязчивая мысль:
«Где же все-таки Рэм? Лысую троллиху ему в эротические сны».
Королевская чета открыла бал, церемонно пройдясь в танце: Танфрад с какой-то белокурой дамой, а его супруга — с герцогом Фоарндским. Потом их величества погуляли по залу, раздаривая благосклонные улыбки, и покинули благородное собрание.