Одолей своего врага. Одержи победу. Таков путь воина. Все остальное, кроме твоей битвы и твоей победы, лишь пыль, пристающая к твоим ногам. Отринь её.
Хаджар вздохнул.
Все это он уже слышал.
Слышал от тех, кто уже умер, в основном - был убит.
- Ты заблуждаешься, Эрхард, - Хаджар опустил на песок тренировочной площадки и сел в позу лотоса. - Но я не Эйнен, чтобы философствовать.
Эрхард смотрел на Хаджара, погрузившегося в глубокую медитацию.
Интересно, понимал ли юный воин, столь яростно ненавидящий их учителя, насколько они были похожи? Хаджар и первый из Дарханов?
Эрхарду казалось, что он говорит не с живым человеком, а тенью своего наставника…
В мире, где не было ни единого препятствия взору, летящему над океаном колышащейся в такт потокам ветра траве, облокотившись на камень, наблюдая за чистящей перья птицей в кроне единственного, невысокого дерева, сидел мужчина.
Средних лет, с седыми волосами и морщинами на пока еще молодом, но уже увядающем лице. Было видно, что во времена расцвета сил, этот человек был силен и могуч.
Сейчас же он постепенно клонился к своему закату. Но там, где была голая и необузданная сила, первобытная ярость, теперь было что-то иное. Что-то, пришедшее на смену даже разуму. Куда более глубокое чем чистый, ясный ум.
Черный Генерал, сидя в своей темнице внутри чужой души, смотрел на то, как редкие облака плыли по небу.
- Кто ты такой? - прозвучал старый, сухой голос.
Дархан посмотрел на подножие холма. Там стоял старик. Завернутый в черный плащ. Опирающийся на посох, выточенный из смертной породы древесины.
- Так вот, значит, как бы я выглядел, - протянул Дархан и вновь повернулся к созерцанию облаков.
Старик, с трудом, кряхтя и стеная, поднялся на холм.
- Ты кажешься мне знакомым, - протянул он, а затем отшатнулся в сторону. -Ты это я.
- В каком-то смысле, - не стал отрицать Дархан.
- Но ты должен быть молод… почему же ты так стар? Вечность… ты ведь старше меня…
- Старше, - вновь согласился Дархан.
Осколки, которые разлетелись по миру, были, как бы это странно ни звучало, разного возраста. В конце концов они состояли из чистой эссенции разума заточенного на Горе Черепов древнего мечника.
Иными словами - его воспоминания. В каких-то их было меньше и они были молоды. В других больше - они оказывались старше.
Тот, кто сейчас сидел перед стариком, помнил момент рождения первого из Дарханов.