Я сдалась, не зная, что еще сказать, как спорить, нужно ли упорствовать и что вообще говорить.
Если Булацкий хотел заиметь себе яркого противника, которого можно будет с интересом ломать, то он жестоко разочаруется. Я решила наскучить ему еще больше, полностью обмануть ожидания властного мужчины, который искал пожар, а нашел потухшие угли. Пусть получит только фиктивную жену и ребенка и перестанет искать внутри меня страсть. Опустила глаза в пол и смиренно вздохнула, молчаливо соглашаясь. И вздрогнула, когда Кирилл поднял меня за подбородок, заставляя встретиться с изучающим взглядом.
— Уже похоронила себя? Решила стать до оскомины покорной? Кого ты хочешь обмануть? Неужели не будешь спорить?
— А что, есть смысл бороться? Что я выиграю, сорвав горло и потратив часы, пытаясь отвоевать то, что уже захвачено? — спросила я со злостью, которая все же просочилась сквозь невозмутимость."
"— Смотря чего ты хочешь добиться, Есения. Свободу ты не получишь в ближайшие года два.
— Чем прикажете заниматься? — поинтересовалась я, почувствовав внутри толику радости от последних слов Булацкого.
— О, дел у тебя будет множество. Анализы, необходимые осмотры врачей, изучение моей кристально-чистой биографии и политической программы в тесном контакте с Нелли, подбор гардероба, освоение делового этикета.
— Я хочу гарантий, — озвучила я пришедшую в голову мысль, обрывая речь Булацкого.
— Каких? — спросил он, сложив руки на груди и нахмурив брови.
— Хочу услышать голос мужа и убедиться, что он жив. Возможно, вы убили его, а теперь шантажируете трупом.