— Луна наша… — простонал Янг, сжимая ее, жадно гладя по груди, талии, словно пытаясь везде сразу достать, — как мало времени… Как мало…
— Мало… — шептал Раст, исцеловывая ее шею, плечи, дергая застегнутый на все пуговки корсаж дорожного платья, чтоб добраться до груди, — мало…
Ирри опять уносило водоворотом, она, ощущая себя одновременно невероятно слабой , беспомощной перед ними и в то же время очень наполненной, цельной, не могла остановить этого безумия, наборот, отвечала, тянулась, гладила братьев, то одного, то другого, заставляя окончательно потерять голову, забыть обо всем…
И только низкое тревожное рычание волка, из-за которого даже смирные и равнодушные ко всему, кроме еды, лошади принялись тихо и взволнованно ржать, заставило замереть, остановиться.
Янг, тихо выругавшись на своем языке, опустил Ирри на землю, заботливо придержал ее, чтоб не упала, и глянул на Воронка, смотрящего на них очень даже недвусмысленно, скалящего здоровенные белые клыки.
Волк переводил настороженный взгляд с одного близнецца на второго, и, наконец, легко ввинтился между ними и Ирри, оттесняя девушку себе за спину.
— Вороночек… — Ирри присела, все еще тяжело дыша и пытаясь угомонить бешено бьющееся сердце, — не волнуйся… Они ничего плохого…
Воронок только ушами водил, не желая успокаиваться, глухо рыча и предупредительно глядя на хмурящихся степняков.
— Он… — Ирри посмотрела на братьев, продолжая придерживать волка за загривок, — он просто волнуется…
— Нечего ему волноваться, — веско произнес Янг, пристально глядя в глаза волку, — ты — наша женщина.
Воронок, судя по усилившемуся рычанию, с этим был категорически не согласен.
И Ирри волевым решением прекратила возможное столкновение домириующих самцов, претендующих на ее внимание:
— Нам ехать не пора?
Братья встрепенулись, глянули друг на друга… И, демонстративно не обращая внимания на продолжавшего отслеживать их недобрым взглядом Воронка, развили бешеную деятельность.
Через десять минут Ирри уже ехала в седле и чувствовала себя очень неуверенно.
Потому что за ее спиной находился Янг, в коротком, бескровном, но очень серьезном поединке взглядами отвоевавший это право у брата. И тяжеленная ладонь старшего близнеца лежала на животе Ирри, закрывая его полностью.