Ничего! И я скоро взойду на такой, и умчит он меня к лучшей жизни. Туда, где не будет Центральных банков и удушливых коммуналок. Где можно будет построить собственный дом и разбить небольшой сад.
Нам всем будет раздолье.
А пока не опоздать бы на метро.
Поднявшись, я поплелась на станцию.
Надо мной стремительно проносились аэробили.
Непривычная к такому плотному движению, вжимала голову в плечи. Навстречу мне шли угрюмые люди. Ни одного приветливого лица. Создавалось впечатление, что все вокруг меня просто разучились улыбаться.
Серые однообразные будни поглотили их."
"Прохожие не смотрели на красавца Юпитера. Их не заботили те малочисленные клумбы, что попадались на пути к метро.
В моей сумке что-то шебуршилось. Замочек разошёлся и появились тонкие листики. Жирянка, поддавшись любопытству, попыталась покинуть своё укрытие.
— Ты куда это собралась? — вытащив горшок, я прижала его к груди. — Нравится свежий воздух? Тут он не очень хороший. Вот прилетим на Каллисто — там расправишь листья в полную силу.
Цветочек внимательно меня слушал и ластился липкими листочками к моей руке.
Никогда этого не понимала. Зачем было наделять растения разумом, если к ним относятся теперь как к вещи?
Вывел с их помощью лишнюю мошкару — в утиль.
За годы жизни через мои заботливые руки прошли сотни растений. Всех их я пристроила. Кого куда. В добрые руки жителей, прилегающих к свалкам, домов, в юридические организации, кое-кого на межзвёздниках посылкой отправила переселенцам.
Но вся проблема заключалась в том, что меньше таких растений не становилось.
Тяжело вздохнув, я бегом перебралась через дорогу и заторопилась на верхнюю платформу в метро. К счастью, ждать не пришлось: состав, гремя вагонами, прибыл буквально через пару минут.
Заняв удобное место около голоэкрана, поглаживала листочки жирянки и смотрела новости.
Опять крутили репортаж про отправку заключённых.