***
— Даллия, я не вынесу взрывчатку на улицу, она будет храниться в шкафу на верхних ящиках, — муж хмурился. — И ничего опасного в этом нет.
— Калеб, как ты не понимаешь?!
Я потянулась за штанами и быстро натянула их на ноги. Лежать мне резко перехотелось.
— Дали, я всё сказал, — рявкнул муж неожиданно грубо. — Она будет лежать там, где лежит.
Он скрестил руки на груди. Взглянув на мощный обнажённый торс, поджала губы.
У меня не осталось доводов кроме собственного страха.
Но это ведь не аргумент.
Калеб, кажется, понял, что победа за ним.
Рванёт там — разнесёт весь участок.
Но не в спальне же оставлять.
Тупиковая ситуация.
Калеб недовольно сопел, я кожей чувствовала его злость.
Поднявшись с кровати, предпочла уйти в кухню. Нам ещё скандала не хватало.
Сев за стол потянулась за кружкой с недопитым чаем.
В печи весело трещал огонь, облизывая крупные камни каура. Пахло свежими лепёшками.
— Может, музыку? — тихо предложила Люси, помня, как я успокаивала расшалившиеся нервишки.
Включай.
По комнате разнеслась спокойная танцевальная мелодия.
Я смотрела в окно на Лапушку и Жирю, расчищающих от растительности участок под грядки, и не могла найти решение возникшей проблемы.
Страх давил, нагнетая панику. Здравый смысл шептал, что взрывчатка — вещь нужная и полезная.
«Опасная» — тут же поддакивал ужас, и мысли снова мешались в одну кучу.
В спальне загремело.
Глухой удар, ещё один... Словно что-то ломали.
И тишина.
Поставив чашку на стол, осмотрелась. Пластиковые контейнеры из-под каура свалены в кучу. Сложить бы их. А то бардак создают. Заодно и успокоюсь. Может и мысль какая в голову придёт.
Поднявшись, прошла по комнате, прибирая посуду. Остановившись у ящиков, принялась складывать один в другой. Отдельно собирая крышки, разбросанные по кругу.
Музыка тихо играла успокаивая.
— Оставь их, — голос Калеба над самым ухом оказался неожиданным.
Забрав у меня контейнеры, он обхватил моё запястье и поставил на ноги. Не успела я сообразить, что к чему, как оказалась в крепких объятиях.
— Потанцуем, детка, — осторожно отойдя на шаг, он развернул меня и снова прижал к своей груди. Согретая его теплом, я медленно двигалась в такт мелодии, понимая, что никогда прежде не танцевала с мужчиной.