Как добывать своё будешь?
Мужик поставил локоть на выемку для решётки. Его взгляд прошёлся по моему лицу и утонул за воротом футболки.
— Ну я.... ещё не знаю, как добуду...
— Разберётся, — пробасили у меня за шиворотом, перебивая мой лепет.
— Это кто? — мужик слегка опешил.
— Муж, — отмахнулась я, прожёвывая следующий кусочек.
Сосед подозрительно собрал губы бантиком, видимо, чтобы не заржать.
— Ты, красавица, если что приползай. Помогу, чем смогу.
— Спасибо ещё раз, — я счастливо доедала пирожок.
— Она не одна, — снова заворчали у меня за пазухой.
Приложив палец к губам, я подмигнула своему кормильцу.
Плохо, что пирожок быстро закончился.
Натянув перчатку, поползла дальше.
Снова что-то слабо коснулось моей щиколотки. И касания были явно не мужчины.
— Да что там! — вскликнула я.
— Что опять? — проворчал Калеб.
— Меня будто что-то задело! Подожди...
— Дали, я всё понимаю. Для тебя это приключение. И тебе даже немножечко весело... Но есть проблема, моя прелесть, я не совсем свободный человек и ровно через час наша связь прервётся, а тебе нужно не только найти свою сумку, но и вытащить её.
— Да, конечно, — я вмиг стала серьёзнее.
Проползая дальше, заглянула через решётку в очередную каюту. Снова мужчина и, как и предыдущий, хомячил что-то из контейнера. Рядом с ним стояла грязная синяя сумка с оторванным кармашком. Не моя.
Я тихонько поползла дальше.
Через две комнатки я как-то приуныла.
— Калеб, а если я не найду её?
— В отсеке 48 кают.
— У меня только час, — вдумавшись в свои слова, я не на шутку испугалась.
Накалываясь на панцири дохлых жуков, старалась осмотреть как можно больше комнат.
— Дали, успокойся, — словно почувствовав мою панику, Мортен попытался меня вразумить. — Внимательней смотри.
Остановившись у очередной решётки, я заглянула внутрь.
— Есть! — воскликнула я и тут же прикрыла рот.
Прямо на кровати распахнутой стояла моя сумка.
— Я её нашла, Калеб.
Глава 16
К счастью, подлый ворюга не обладал чутким слухом. Жилистый лысеющий сморчок сидел на кровати, закинув на неё ноги в жутко грязной обуви, и без зазрения совести пожирал копчёные сардельки. Жирный мясной сок стекал по его пальцам. Этот гадёныш облизывался от величайшего удовольствия и тянулся за следующей сочной свежайшей сарделькой."
"— Ну и наглость! — возмущённо прошептала я. — Хорошо Лапушка не видит этого варварства.