Но ты меня так выводишь из себя, что боюсь убить тебя до этого светлого праздника, - смеется собственной шутке.
Нервно хохочу и слегка бью кулачком твердое плечо.
Когда я вижу, что именно появляется в его руках, на глаза тут же набегают слезы.
Не верится.
- Матвей, - выдыхаю всхлипывая.
- Помнишь я рассказывал тебе про двойные звезды? – говорит он, силясь усмирить дрожь в голосе.
- С одним центром гравитации?!
- Да, - кивает Матвей и извлекает из чёрного бархата сверкающее кольцо. – Ты моя двойная звезда, Вика.
- А меня к тебе, - произношу затихая, когда на безымянном пальце оказывается кольцо.
- Я люблю тебя, - признается, целуя застывшие губы.
- И я тебя люблю, Матвеюшка, - счастливо смеюсь, когда он иронично закатывает глаза. – Уже можно к тебе притянуться? – спрашиваю, кусая губы.
Вместо ответа сильные руки подцепляют мои локти. Оказываюсь на его коленях раньше, чем успеваю ойкнуть. Трусь о внушительных размеров пах, и обвиваю руками мощную шею.
- Надеюсь, секс входит в программу вечера? – осведомляюсь, тяжело дыша и приклеиваясь к твердой груди.
Глава 37. Виктория.
Спустя три месяца.
Судорожно растираю бледные щеки ладонями и прохожу в кабинет.
Мне страшно.
Я думала, будет проще. Когда узнала, что беременна, рыдала в туалете навзрыд."
"Не потому, что не хочу ребенка. Просто страшно пройти все это вновь. Возможно, поступаю неверно, но Матвею решила не говорить хотя бы до первого скрининга.
При этом есть большое подозрение, что он всё знает.
Он снова танцует.
Боже. Это каждый раз восторг и слезы – наблюдать за ним. А еще гордость.
- Располагайтесь, - говорит врач любезно.
Оставляю вещи на стуле и застилаю кушетку одноразовой пеленкой. Зажмуриваю глаза, когда по коже на животе растекается прохладный гель.
Господи, умоляю. Заклинаю. Пусть все будет хорошо.
Читаю про себя молитвы все, которые знаю.
Сосредоточиваюсь на прикосновениях ультразвукового датчика. Врач целится в экран, хмурится, называет какие-то цифры медсестре. Даже если сильно пошевелить мозгами, не вспомню, как именно я посещала все эти обследования во вторую беременность.
По всей видимости, настолько переживала и страдала, что делала всё на автомате.