Когда мэтр выходит, я быстренько снимаю футболку и юбку, потом и бюстгальтер, обратив внимание, что у платья открытая спина. Едва надеваю наряд, как моментально понимаю, что не хочу его снимать. Ткань тонкая, невесомая и, словно холодящая. Приятно до мурашек.
Возвращается хозяин магазина, быстренько ушивает, где нужно. Причем делает это сразу на мне и какой-то особой иглой. На вопрос, что за орудие труда у него такое интересное, усмехается и отвечает — наследство еще от прапрадеда.
Когда заканчивает, отходит на несколько шагов и смотрит.
— Как вам это удалось? — спрашиваю, удивленно рассматривая мои, ставшие еще светлее кудри и еще ярче глаза.
— Что? Подогнать платье по фигуре? Так это не сложность, с моим-то опытом и такой красивой девушкой-моделью.
— Нет, не подогнать платье. А сделать меня такой… невероятной, — говорю, а сама не могу оторвать взгляд от зеркала.
— Вы такая и есть. Платье просто подчеркнуло вашу природную красоту, ничего более.
— Какую? — спрашиваю, найдя в себе силы оторваться от разглядывания собственного отражения и повернувшись к портному.
— Давно это было… Она была из очень благородной семьи, а я — простой подмастерья, еще совсем сопливый мальчишка. И вот от нее шло точно такое же, как от вас, сияние. Теплое, словно та самая, упомянутая вами весна. Будто все вокруг просыпается и готовится к расцвету. Я ждал каждый ее приход к нам в магазин.
— А она не пришла?
— Нет, — голос мэтра звучит с легкой грустинкой, — не пришла. И больше никогда не приходила.
— Что с ней случилось?
— Не знаю. Я был мальчишкой. Взрослые при мне не говорили на серьезные темы. Так что вот так, — мэтр улыбается, снова помолодев, — вы помогли мне вернуться в молодость, за что я вам очень благодарен.
— Нет, это я вам…
— Не будем продолжать, — смеется портной, — заказ я пришлю в ближайшее время. Вещи, в которых вы пришли — сложу в сумку, заберет ваш сопровождающий.
Мы, взаимно довольные друг другом, выходим из подсобных помещений в магазин. А та-а-ам!!
— Как вы позволили этому случится? — спрашиваю в недоумении у главы охраны, сидящего на диванчике.
На полу, на коврике, сидит Даша.