– Хочешь умыться? – предложил я, проводя пальцами под ее опухшими от долгого плача глазами.
– Да… – прошептала Эла, опуская ноги с кровати.
– Подожди, – остановил я ее, тоже вставая и подхватывая ее на руки.
– Что ты делаешь?! Так и будешь везде меня таскать? – нахмурилась она смущенно."
"– Буду, – согласился я, не став говорить о том, что, будь моя воля, она бы с моих рук не слезала.
Поставив девушку у раковины, я встал рядом, скрестив руки на груди.
– Так и будешь смотреть? – задала она глупый вопрос.
– Откуда ты знаешь, что я смотрю? – ухмыльнулся я в ответ.
– Твой взгляд трудно не почувствовать, – осуждающе сказала Эла, подставляя руки под поток воды и умываясь, стирая следы недавних слез.
– Ничего не могу с собой поделать. Смотреть на тебя – мое самое любимое занятие, – промурлыкал я, заправляя ее локон за ухо и протягивая ей маленькое полотенце для лица.
– Скучная же у тебя жизнь, – замирая на месте, явно боясь столкнуться со мной, сказала Эла.
– Пойдем? – спросил я, вновь подхватывая ее на руки.
Ну почему нельзя всю жизнь носить ее на руках?
* * *– Я больше не могу! – запротестовала Очаровашка, когда я в очередной раз коснулся ее губ кусочком торта. – Я скоро лопну!
– Последний кусочек, – ухмыльнулся я как маньяк, наслаждаясь видом того, как ее губки обхватывают вилку и слизывают с нее крем.
– Ты говорил так в прошлый раз, – уличила она меня.
Расправившись с ужином, мы, расположившись на диване, делили большой кусок торта на двоих. Правда, вкуса я так и не почувствовал, слишком завороженный видом своей Очаровашки.
Не сдержавшись, я наклонился к ней, заглядывая в пустые глаза, смотрящие в никуда. Я даже представить себе не мог, каково это – не видеть? Должно быть, страшно. Для Элы этот мир и так был полон тьмы.
– Ты хочешь снова видеть? – вопрос вырвался сам собой, прежде чем я смог удержать его в себе.
– Кто бы не захотел? – спросила она в ответ, поежившись.
– Тогда почему ты отказалась от обследования? Должна же ты была хотя бы раз в год показываться врачам? Тем более у тебя не было проблем с деньгами.
– Я боюсь больниц. Некоторые страхи сильнее наших желаний, – вновь поежилась Эла.
Я с трудом удержался, чтобы не спросить: не связана ли ее нелюбовь к больницам с теми случаями, когда после измывательства Бакара ей приходилось восстанавливаться в одной из частных клиник отца.