— Ладно, расскажешь при встрече.
Мы договорились встретиться через два часа в одном из столичных кафе, рядом с книжным магазином. Катрин частенько бывала в столице и, в отличие от меня, свободно ориентировалась на улицах Эвересты. Только добиралась она общественными экипажами, ходящими по расписанию, и ей требовалось больше времени на дорогу.
Наспех собравшись, я надела одно из новоприобретённых платьев и за час домчалась до книжного на экипаже господина Россэра. Велев кучеру никуда не уезжать (всё ещё опасалась внезапной встречи с отчимом, не просто же так он пришёл к Катрин), я успела заглянуть в книжный, взяв целые каталоги взамен испорченных, и заказала себе чашку горячего какао с пирожным.
Только сделала глоток, как в кафе ярким вихрем ворвалась подруга и, плюхнувшись на стул, громко зашептала:
— Не поверишь, я такое узнала про твоего отчима!
Глава 28
Я тут же превратилась в слух, одновременно желая и боясь услышать подробности. Катрин подалась ко мне, опасно нависнув налитым бюстом над чашкой с горячим напитком, и трагично выдала:
— У Лукаша есть любовница.
Я не могла поверить своим ушам. Какая-то несмешная шутка. Ни одна нормальная женщина не станет ввязываться в запретные отношения с таким чудовищем, как мой отчим.
— Бель, да я серьёзно тебе говорю! — обиженно протянула подруга, вернувшись на своё место. — Он пришёл к моей матери и что-то у неё выпытывал про какую-то Жизель. Сначала спокойно, а потом сорвался на крик!
— А вот это на него похоже, — я презрительно фыркнула, невольно скрестив руки на груди, будто пытаясь защититься от этой ужасной новости.
— Он ушёл, расколотив два цветочных горшка на крыльце, — продолжила рассказ Катрин, прервавшись лишь для того, чтобы заказать чашку такого же какао. — Там росли любимые мамины бегонии. Я спросила у неё, что здесь забыл твой отчим, а она закатила глаза и сказала, что знать не знает этого осла. И никакой Жизель тоже.
Я покачала головой, всё ещё посмеиваясь над нелепостью истории. Нет, Катрин явно что-то напутала.
Неужели она думает, что мне станет легче, если я поверю, что этот монстр нашёл себе отдушину на стороне и перестанет тиранить мою маму?
Да я скорее поверю в то, что небо зелёное! Уж мне-то известно, каков этот человек на самом деле.
— Что будешь делать? — пытливо посмотрела на меня Катрин. — Расскажешь маме?
— А толку? — вздохнула, понимая, что если каким-то чудом сумею пробраться в родной дом и рассказать ей правду, это ничего не изменит.