Но мечтам моим эгоистичным не суждено сбыться, потому что через мгновение меня подхватывает на руки голый дракон, прижимает к горячей груди, а добежавшие, наконец, до нас люди укрывают и его и меня заодно чем-то восхитительно теплым и пушистым.
Я немного прихожу в себя, настолько, что даже пытаюсь открыть рот, чтоб высказать сволочи, едва не убившей меня, все, что я думаю по его поводу, но голоса нет.
Естественно, какой может быть голос? Я, наверно, теперь не только глухой останусь навсегда, но еще и немой.
А не было ли это все коварным планом Ассандра, чтоб его черную задницу драконья моль пожрала?
Ну а что?
Немая и глухая!
Как удобно!!!
Мысль эта, чудовищная в своей логичности и простоте, мелькает в моей голове, прочно там засев, и я принимаюсь ее усиленно думать.
Впрочем, недолго. Потому что от перепада температур вскоре утомляюсь и отключаюсь, все еще на руках быстро несущего меня куда-то дракона.
Прихожу в себя я в блаженном тепле.
Причем, оно везде. В каждой клеточке моего измученного организма.
Я вяло повожу руками, ощущая не только тепло, но и некоторое сопротивление. Словно я… Я в воде!
Резко раскрыв глаза, сажусь, оглядываясь вокруг безумным взглядом."
"Я в самом деле нахожусь в воде. В огромной парующей купальне, где сижу, уместившись на широкой нескользкой скамье, практически по горло укрытая ароматной пеной.
Обстановка вокруг причудливо сочетает в себе традиции и современность, а еще блещет неприличным, аристократическим богатством.
Отделка стен розовым мрамором вперемешку со специальным перламутровым ракушечником, который, насколько я знаю, стоил куда дороже мрамора, и многих драгоценных камней, кстати, тоже, потому что добывался лишь в одном месте, за пределами империи, в Закатном государстве, и был такой ценностью, что многие столичные барышни предпочитали его бриллиантам и жемчугу.
На полу – тоже мрамор, но другой, нескользкий и, наверняка, приятный голым ногам.
У стен – скамьи из того же мрамора, со специальными выемками, для массажа.
И, чуть дальше, неприметный проход к бассейну. Открытому, судя по всему. По крайней мере, там заманчиво голубится вода и темнеет звездное небо…
Безумие какое-то…
Я совершенно не помню, как оказалась тут, последнее воспоминание – это горячая грудь дракона и мой собственный ужас от того, что останусь глухой и немой.