Так что, будет лучше, если ты сделаешь кофе и займешься работой. А то я найду для твоей персоны другое применение…
— Нет, нет… — тут же отпрянула я. — Лучше кофе.
Он рассмеялся и ушел к себе.
Я вытерла слезы и вернулась к кофемашине. На душе стало легко. Сердце переполняла радость. Думала ли я, что меня возьмут в Прагу? Нет, не думала. Даже мечтать не смела. А в понедельник полечу туда вместе с Тихоновым. И он по мне скучал. Надо же, очень скучал, несмотря на то, что я вела себя, как последняя дура в наше последнее свидание.
Весь день в приемной топталась куча народа. Всем что-то было нужно от генерального директора, и от меня тоже.
Но стоило мне выйти из приемной, как от меня все шарахались. Я даже обедала в ресторане в полном одиночестве. Ведь как только я появилась на пороге, знакомые сотрудницы переглянулись и быстро засобирались вон, даже не ответив на мое приветствие. Самое обидное — Ира была среди них.
Стало не по себе. Было такое чувство, что все объявили мне бойкот, и я, как белая ворона, вынуждена обедать не просто одна за столиком, а в пустом помещении. Очень неприятное чувство, когда весь коллектив объявил тебе негласную войну.
Заказала салат, отбивную и булочку. В ожидании заказа сидела и листала новостную ленту в телефоне.
На душе было очень противно. Как будто вчера не на меня набросились, а я полностью виновата в происшествии.
Но, как бы там ни было, моя соперница с треском вылетела, а я осталась. Значит, теперь я в дамках. Меня втянули в грязную игру, и пути назад нет. Значит, я должна победить. Осталась одна? К черту такую свиту. Мне никто не нужен. Я по натуре одиночка.
«Пусть шарахаются, — усилием воли выпрямив спину, думала я. — Лучше так, чем с ножом к горлу. И Ира никакая мне не подруга.
Глава 28.
Уже принесли заказ, когда в ресторане появилась еще одна сотрудница. Заместитель Кузнецовой, Наталья. Впрочем, она мне нравилась. Всегда была любезной. Раньше. До сегодняшнего дня.
Я приготовилась к очередному игнору и уткнулась в телефон. Не буду с ней здороваться. Хватит, что Ира со своей компанией указали мне, что я им не товарищ. Теперь кто хочет, первым пусть здоровается.
— Привет.