Сердце билось слишком отчаянно, заставляя признать — мне приятны его прикосновения.
— Поехали ко мне, Ксюша? — покрывая мою шею поцелуями, хрипло предложил Тихонов.
Пытаясь выровнять дыхание, я положила руки ему на плечи.
— К… тебе? — едва выдавила.
— Ко мне, да. Рабочий день закончится через двадцать минут. Можно оставить свои дурацкие роли здесь, в приемной. Стать просто Русланом и Ксюшей. А в десять часов вечера ты будешь дома, обещаю.
Я смотрела на него. Долго и пристально. Ощущала, как его теплые ладони поглаживают спину — слишком откровенно, слишком возбуждающе — и медленно сдавалась.
— Ладно, — выдохнула, обвивая его шею руками. — А мартини у тебя есть?
— Моя девочка любит мартини?
Губы скользят по моей шее — горячие, настойчивые. «Моя девочка». Как соблазнительны эти слова… Запах его сладковатой туалетной воды, с примесью чего-то терпкого, мужского — будоражит душу. Хочется прикосновений, объятий — еще и еще… и я медленно таю в его руках.
Его пальцы забираются под платье, оглаживают бедра, тянутся к тонкой резинке трусиков — и внутри закручивается сладкое предвкушение.
— Купим тебе мартини, — хрипло выдыхает мне в шею Тихонов, и его язык дерзко скользит в мой рот. Разум окончательно меркнет, и я ощущаю только его одного. Его желание, его прикосновения, его поцелуи. Целых три часа счастья на двоих. Кажется, я окончательно продала ему свою душу и тело…
Глава 29.
Машина стремительно летела по дороге, лавировала в потоке автомобилей, и мое сердце переполняла радость. К мартини мы купили коробку миндальных пирожных и целый пакет разных вкусностей, и теперь я с нетерпением ждала того момента, когда мы окажемся у Тихонова дома.
Мне было очень интересно, как выглядит его дом. Это дом, или квартира? Спросить не хватало смелости, я не хотела показаться бестактной, поэтому просто ждала, когда же мы окажемся на месте.
— Руслан, а ты живешь один? — когда машина свернула в район новостроек, спохватилась я.
— Нет.
— Нет? А… с кем?
Я так широко распахнула глаза от страха, что он рассмеялся.
— С собакой.
— Напугал, — обиженно буркнула я.
— Неужели ты думаешь, я бы звал тебя в гости, если бы жил не один? — продолжал веселиться Тихонов.
— А собака у тебя злая?
— Она умная, Ксюша.