— Элизабет!
Она сдавленно усмехнулась:
— Натаньел, я не ранена! Я… значит, вы согласны скорее умереть на дуэли, чем жениться на мне? А ведь вы даже не знаете, приму ли я ваше предложение руки и сердца, если вы мне его сделаете! — Лицо ее сделалось пепельно-серым.
— Конечно нет! — воскликнул он.
— Тогда…
— Элизабет, я выбрал второй путь, потому что только так могу доказать вам… черт побери! — хрипло вскричал он, в два шага пересекая комнату, подходя к ней и беря ее руки в свои. — Элизабет! — Он опустился перед ней на одно колено.
— Но вы ведь только что сказали…
— Я пытался объяснить вам… доказать вам… что делаю предложение не под давлением, а потому, что от всего сердца желаю этого!
На лице Элизабет появилось озадаченное выражение.
— Не понимаю!
Натаньел серьезно продолжил:
— Я люблю вас, Элизабет. По-моему, я полюбил вас с нашей первой встречи! Разумеется, мне противна была сама мысль о том, что рядом с вами часто оказывался Теннант.
Из его сбивчивых объяснений она поняла только одно: он признается ей в любви!
— Вы в самом деле любите меня?
— Так люблю, что последние три дня, когда вы меня избегали, стали для меня настоящим адом, — хрипло признался он.
— Вы поэтому прислали мне цветы?
Натаньел нахмурился:
— Символ страстной любви — красные розы, но из-за Теннанта розы для меня исключались.
Холод внутри нее растаял от нахлынувшей мощной волны любви к нему, которая угрожала накрыть ее с головой. Она посмотрела в его ясные карие глаза и увидела, что они светятся настоящей любовью.