Я попыталась у него узнать хоть что-то про Алсу, но он на меня чуть ли не гаркнул. И ушёл.
Охранник открывает передо мной заднюю дверь седана, я осторожно, словно боясь, сажусь в салон. Дверь хлопает. И вот я будто оказываюсь один на один в клетке со зверем.
Поворачиваю голову. По коже проносится холодок… Я вижу ЕГО. Изысканный, непревзойденный, опасно-красивый хищник. В темных брюках и рубашке, верхние пуговицы которой расстегнуты, обнажая его гладкую, мускулистую грудь.
У меня зашумело в ушах.
Чертов ходячий, агрессивный секс…
Мысли сами по себе зашалили в голове.
— Доброе утро, — первым здоровается, разглядывая меня с интересом, но лениво. Как лев, на территории своего Прайда.
— Доброе утро.
Замечаю, что настроение Демьяна хорошее. Он сидит в расслабленной позе, держа телефон в руке. Листает новостную ленту в каком-то паблике для бизнесменов. Заметив меня, телефон откладывает.
— Как самочувствие? Что-то беспокоит?
— Нет. Я в норме, — выдавливаю лёгкую улыбку.
Он вежлив со мной — хороший знак.
Наверно обязан.
Поскольку я — мать его детей.
Долгожданных, неистово желанных наследников.
От моего состояния зависит их жизнь. Поэтому он и ведёт себя несколько иначе. Вообще должен ненавидит и каждый раз отвешивать по жгучей пощечине, за то, что я сделала. Но Демьян спокоен, как удав. И настроение его изменилось моментально! После того, как я предупредила его о попытке покушения на его жизнь, этим самым выдала свои истинные намерения и свой внутренний мир.
Хороши ли это, или плохо? Будет жутко, если я скажу, что плохо. Ведь теперь он сомневается, что это я сбила его жену. Начинает настойчиво копать, тайком — я предполагаю. Поэтому и привёз сюда сестру. А может стал мягче, с надеждой на то, что так быстрей вытянет из меня правду. Пряником эффективней, чем кнутом.
Автомобиль плавно и беззвучно пересекает линию ворот, покидая частную собственность миллиардера. В салоне сгустилось молчание. Так хочется с ним поговорить, хоть немного! Я нервно покусываю губы и мну пальцы на своих коленях.
— А как у вас дела? — с ноткой волнения смотрю на него.
— Нормально. Бизнес идёт в гору. Алсу… ей лучше.
Я напряглась, смяв сильнее в кулаках ткань платья.
— Но она по-прежнему слаба. Говорит, но вяло. Урывками. Похоже, она ничего не помнит. Амнезия. Меня узнает, мать тоже.