Выходить из ванной в одном лишь полотенце не хотелось, но Север пообещал, что не зайдет, так что оставалось лишь полагаться на его слово.
Его спальня было простой. Разве что больше тех, в которых мне доводилось бывать раньше. На кровати ждала стопка чистых вещей. Мужских, разумеется, и я осторожно, стараясь на задевать ушибы, оделась. Потянулась к двери, но она распахнулась. На пороге стоял Северов, босиком, тоже в сухом и чистом.
— Ты в порядке? — прошептал он. Его голос был таким, будто он его сорвал.
— Это моя вина, — произнес Виктор. — Стоило раньше вмешаться. Ты видела, кто это сделал?
Я покачала головой, потому что никого из них не знала. Не хотела знать. Не хотела видеть. Ничего больше не хотела.
— Ладно, Макс видел, — процедил сквозь зубы Север. — Клянусь, я их всех уничтожу! Каждого! — Он сунул ноги в ботинки, принявшись их дергано зашнуровывать, поднялся, схватил куртку.
— Не надо, — всхлипнула я и чтобы задержать, схватила за рукав.
Север резко обернулся.
— Ты в своем уме? — сорвался он. — Они тебя едва не убили, а ты их защищаешь?
— Мне их просто жаль, — ответила я, опускаясь на постель. Подтянула к себе колени, обняла их, а потом добавила шепотом: — Они все так хотят быть с тобой… Быть тобой… Настолько, что готовы ради этого на все.
Виктор закрыл лицо ладонью. А потом сел рядом и вдруг притянул к себе, обнимая. Будто пытаясь выплеснуть боль. Или может наоборот, забрать.
— Эй, — осторожно позвала я. — У меня нет панической атаки, видишь? Я в порядке.
Почему-то в этот момент казалось, что из нас двоих не в порядке именно он. Крепче сжав вокруг меня руки, словно только я удерживала его от падения, Север прошептал:
— Господи, какая же ты, мушкетер.
«Глупая?» — хотела спросить я, но не успела. Хлопнула входная дверь.
— Север, ты здесь? Что там опять происходит? — раздался голос Антона. А потом он вошел в комнату и замер у порога, глядя на нас. — Какого черта она здесь?
Даже не видя его глаз, я могла поклясться, он был в бешенстве. Чувствовала его злость в каждой нотке.
Север отпустил меня, и я тут же отодвинулась.