На самом деле, ему даже повезло с родителем. Тот и так довольно много времени потворствовал его желанию, давая возможность выбрать самому.
Условия изменились. Теперь Эруарду придется что-нибудь придумать, чтобы перескочить вырытую для него яму.
Кинув на закрытую дверь короткий взгляд, Эруард устремился прочь. Времени на раздумья осталось не так уж и много.
Жениться на взбалмошной девчонке он совершенно не хотел. Все в ней ему не нравилось. Нет, на вкус прочих Элоиза была настоящей красавицей. Стройное тело, густые светлые волосы, пронзительные голубые глаза.
Ее дружелюбие, милосердие, добродушие были настолько гротескными, что вызывали у Эруарда лишь здоровое подозрение. Тем более при ближайшем рассмотрении он заметил в девушке несколько отрицательных черт, которым остальные не придавали большого значения.
Элоиза совершенно точно считала себя гораздо лучше остальных. Это было видно уже по тому, как она говорит со слугами. Они были для нее говорящей мебелью, должной всего лишь выполнять определенные функции, не более того.
Еще одной отрицательной чертой, которая неимоверно раздражала Эруарда, была навязчивость. За свои годы он ни разу не встречал более прилипчивой особы. Он из раза в раз давал ей понять, что она ему не интересна, говорил практически прямо, но та делала вид, что не понимает.
Добравшись до своих покоев, он бросил официальное предложение на стол, скинул верхнюю одежду и рухнул в кресло. В кармане что-то зашелестело. Вспомнив о письме, полученном от девицы, он достал конверт и посмотрел на витиеватые строчки.
Вот еще этот почерк…
Эруард считал, что честный человек не будет писать с таким количеством завитушек. В подобном украшательстве ему виделась хитрость, коварство и желание скрыть от людей свою нечестную натуру.
Наверное, еще и поэтому Эруард пытался отвадить девчонку от себя всеми силами. Что-то ему подсказывало, что сладкой жизни ему с ней не видать.
Надорвав конверт, он вытащил надушенный приторными духами кусочек бумаги и развернул его. Скривившись, достал из кармана платок и приложил к носу — дышать настолько сильным запахом было просто невыносимо.