Охотник, наконец, мог ощутить себя в своей стихии, и его не страшила ни фиолетовая трава, ни деревья великаны, больше похожие на черных демонов, застывших в страшной агонии.
Скрипели исполинские стволы, уныло качались кроны, своим шелестом вселяя в душу сакральный страх и опаску. Через каждые несколько шагов Алиса задирала голову, чтобы посмотреть куда-то ввысь. Из-за плотной листвы казалось будто само небо окутано мраком, сквозь который лишь изредка пробивался блеклый свет прекрасной Миристаль.
Жрица куталась в плащ, то и дело поправляя амулет, висевший на шее.
Отряд двигался медленно, осторожно выбирая свой путь. Птицы, больше похожие на летучих мышей, порхая в вышине видели лишь вереницу огней, бредущих куда-то в глубь бездны.
— Не бойся, — Алиса, услышав чей-то шепот над ухом, вздрогнула от неожиданности и до боли в пальцах сжала жезл.
Пышноволосая, кудрявая леди, обернулась и не могла понять, почему самый слабый из их отряда — глуповатый волшебник не бледен, как все остальные, почему он продолжает улыбаться, несмотря на то, что его обноски не уберегут даже от самой безвредной твари.
Эш, вопреки логике и здравому смыслу, спокойно шел позади вереницы приключенцев, ослепляя своей беззаботной, детской улыбкой. Алиса знала, что хвост отряда самое опасное место, но магик сохранял спокойствие.
— Не бойся, — повторил он. — Я же с вами!
— Дурак, — буркнула жрица и отвернулась.
— «Конечно ему не страшно» — думала леди. — «Он же глупый — просто не понимает во что ввязался».
Алиса шла дальше, чувствуя, как по неизвестной ей причине страх начинает отступать. Дышать стало легче, а под каждым кустом больше не таилась смертельная опасность.
Эш, заметив как плечи юной, очаровательной леди расслабленно опустились, довольно кивнул.