Некоторые из Аквелов упали в воду, и им всем тут же помогли забраться обратно. Всем, кроме мальчика, стоявшего ближе всего к краю, когда прогремел «взрыв». Ребенка унесло за несколько ярдов от борта, бросив прямо в центр обезумевшей стихии.
— Человек за бортом! — прогремел бас Раланда, единолично скручивавшего веревками несколько громадных бревен. На могучих руках гиганта канатами вздулись жилы, а лицо покраснело от натуги.
Всего мгновение терниты смотрели на захлебывающегося парнишку, отчаянно бьющего руками по воде в попытке преодолеть силу течения.
Эш скрипнул зубами и наткнулся взглядом на Мери. Та лишь покачала головой и кивнула в сторону беснующегося духа. Никто и не подумает бесплатно спасать ребенка-эрнита, никто…
Цветочник закинул посох за спину и ласточкой сиганул в реку. Стоило только водам сомкнуться над его головой, как Эш ощутил себя словно запертым в гранитный гроб. Пепел медленно погружался на дно, ощущая, как магия покидает его, как жадная стихия поглощает все силы огненного волшебника.
9й день месяца Афир, 312й год, гора Мок-Пу, Восточный пределСегодня в одном из павильонов монастыря, несмотря на холода, присущие последнему месяцу в году, собралось немало послушников. Эш увидел среди зрителей и юных Чена и Хипа, с которыми они на прошлой неделе вместе подожгли бороду брату Феню, насыпали снега за шиворот повару Чифу, закидали снежками сестру Нань, и… В общем, не даром банду детей, куда каким-то неведомым образом затесался бывший генерал, считали в монастыре главными проказниками.
Так же на своеобразное выступление пришли посмотреть и сестры Сень и Мень — близняшки, игравшие удивительную музыку. Причем исполняли они её при помощи обычной бамбуковой флейты и какой-то странной, изогнутой доски, на которой струн было не счесть. Ноты получались резкими, высокими, но не теряли завораживающей мелодичности.
Здесь стоял и брат Джинджинг — тот самый монах, приведший Эша на затерянную гору. За прошедшее время они стали друзьями и сейчас Джиг, как его прозвал волшебник, взглядами подбадривал товарища.
Да чего там — можно долго перечислять присутствующих, собравшихся в зале мудрости. Но раз уж я сказал несколько слов о зрителях, то нельзя не упоминуть и сам зал. Огромный, просторный, он мог вместить в себя все население монастыря, но обычно пустовал.