Грянул гром, ярчайшая вспышка слепила даже сквозь прикрытые веки, а голова пса, созданная из молний, обрушилась на духа, лишенного силы реки.
Змеи, визжа и рыча, не выдержали волшебного удара и попросту превратились в пар. Никто из свидетелей не сможет сказать точно — слышали ли он вой Громового Пса или с ними сыграло шутку разыгравшееся воображение. Но тем не менее, каждый отчетливо видел, как мощное заклинание уничтожило великого духа. Правда — не каждый знал, что за этим последует. Эш знал.
Вновь вынырнув, волшебник ощутил, как к сердцу и разуму подступает страх, звеня своими гнилыми, холодными цепями, готовыми сковать и тело, и душу. И в то время пока на пароме кипела муравьиная работа, а кто-то на лодках-плотах подбирался к выброшенным за борт, Пепел вновь погружался в свои темные воспоминания.
9й день месяца Афир, 312й год, гора Мок-Пу, Восточный пределЭш выбежал на улицу и не смог сдержать панического крика. Все вокруг было объято огнем, в котором то и дело призрачными тенями мелькали силуэты монахов и пришедших на гору убийц.
Бывший генерал, прошедший ни один десяток битв, больше походящих на кровавые бойни, застыл, не в силах двинуться с места.
Где-то закричал ребенок и этот звук сбросил оцепенение Эша. Время вновь возобновило свой ход, и волшебник бросился на помощь Чену — веселому мальчишке, в чей бритой голове вечно рождались какие-то умопомрачительные, невозможные идеи.
Паренек отчаянно бился с убийцей, в чьих руках сверкал омытый в крови короткий клинок. Словно жало скорпиона, он целил прямо в сердце Чену, но все никак не решался нанести решающий удар. Вовсе не из-за внезапно проснувшейся человечности, а потому что оскалившийся убийца игрался с Ченом.