Мери закатила глаза, остальные только улыбнулись, понимая, что Эш действительно не виноват — путь оказался намного сложнее, чем предполагали при планировании. Даже с учетом немалого НЗ, «Пням» придется постараться, чтобы не помереть с голодухи.
— Обратно пойдем быстрее, — Мери, как и подобает лидеру, пыталась успокоить своих друзей. — Силы беречь не надо будет — пройдемся по Лурку как в старые добрые. Оставим за собой жженую землю и дохлых тварей.
— Так ведь еще лес Теней, — напомнила Алиса.
— А там нам поможет сир Арлун! — мигом нашелся Криволапый.
Правда, в своем энтузиазме Лари имел и некую эгоистичную, меркантильную нотку. Мечник попросту хотел встретиться с автором уникальных умений, надеясь, что это поможет в освоении того, что, однажды, возможно, откроет ему двери Орден Мастеров.
— И то верно! — улыбнулась Мери, благодарная товарищам за то, что они стали поддаваться хандре.
Эш промолчал. Он не мог рассказать о смерти рыцаря. Не то чтобы «Пни» не поняли его рассказ… но пришлось бы слишком многое объяснять.
— Ну а в проклятые замки мы больше не сунемся, — улыбнулся Мервин."
"— Это уж точно! — согласился Лари.
— Даже если там будут отменно кормить? — подмигнула Алиса.
Парни переглянулись и даже Эш присоединился к общему хору:
— Даже если там будут отменно кормить!
Путешественники засмеялись, а Лари даже подавился водой. Доброхотный Мервин тут же ударил друга по спине, от чего Криволапый не только воду не выплюнул, но еще и с душой чуть не расстался.
Ребята шутили и общались на самые отстраненные и незначимые темы, но Эш, улыбаясь, неотрывно следил за Алисой. Девушка осматривала пещеру, то и дело ежась и вжимаясь в плечо Лари. Мечник, захваченный диалогом, не замечал настроений подруги, а леди явно чего-то боялась. Волшебник уже хотел было показать какой-нибудь смешной фокус и успокоить жрицу, но та вдруг заговорила.
— Мервин, — произнесла она.
— Да?
— Мервин, ты ведь ходил на дракона?
В пещере повисла тишина. Мочалка, застыв, так и не убрал из бороды гребень. В глазах сурового рыцаря отразился секундный испуг, сменившийся вскоре грустью. Так всегда бывает, когда вспоминаешь нечто, что старательно пытаешься забыть.
— Алиса, — прошипела Мери, гневно сверкая глазами. — нашла время и место, чтобы спрашивать о таком.