Гвел некоторое время молчала, а потом медленно, разделяя речь паузами, спросила:
— Я ведь рассказывала тебе про терну, магию и почему наш мир безымянный?"
"— А он безымянный?
Старуха выругалась так крепко, что запах от варева стал исходить еще более мерзостный, чем был до того.
— Ну надо же, — кряхтела Гвел. — семь лет жду когда ты услышишь, а ты не знаешь, что слушать.
Эш, обладай он чувствами простых людей, принял бы обиженный вид, но он не знал, что такое обида. Просто стоял и ждал, когда старуха продолжит говорить.
— Никто не знает откуда взялась сила, но однажды, пару эр назад, люди стали равны нелюдям. Не все, конечно, а только некоторые, обуздавшие эту силу и давшие ей название “терна”. С тех самых пор терниты — властители терны, обучают и обучаются искусству владеть своим даром. Нет воина сильнее, чем воин-тернит, нет алхимика мудрее, чем алхимик-тернит. Нет мага искуснее, чем маг-тернит.
Гвел закашлялась и Эш, не дожидаясь отмашки, сбегал на улицу где в бочке скопилась дождевая вода. Ожидая долгий разговор, мальчик набрал полный кувшин и, принеся его на кухню, налил чарку. Старуха жадно выпила холодную воду и, утерев губы морщинистой рукой, продолжила:
— В общем, терниты вытеснили эрнитов — простых людей. Максимум, что может себе позволить эрнит — надеть кольчугу и быть убитым на войне.
Эш внимательно слушал, но пока плохо понимал о чем речь.
— В какой-то момент тернитов развелось так много, что от их раздутого эго в городах стало тесно. И тогда Короли, а, спасибо нашим богам, все Короли эрниты, постановили, что тернит должен служить на благо человечества.
— Но причем здесь слова? — спросил Эш, машинально помешивающий варево.
— Да при всем! — гаркнула старуха и вновь закашлялась. — В тебе, Эш, этой терны как воды в озере — до дна не вычерпать.
— Что-то я не чувствую её, — пожал плечами мальчик.