Матвей Мальцев считался лучшим другом моего брата, поэтому новость о том, что он поколотил Вову, ввела меня в ступор.
– Почему сразу отделал? – поморщился брат. – Ты еще его рожу не видела. Долго я буду стоять в проходе? – раздраженно добавил Вова.
Я молча отступила. Вова прошел в коридор и, неестественно выгнув палец, попытался свободной рукой расстегнуть молнию на куртке. Во второй руке он держал спортивную сумку.
– Да ты сумку-то брось на пол, – посоветовала я. – Давай помогу!
Я подошла к Вове и, привстав на цыпочки, стянула с его головы шапку.
– Тебе надо в травмпункт, – вздохнула я, когда с горем пополам стянула с брата куртку. – Похоже на перелом. Ты как будешь ЕГЭ писать?
– Говоришь как наша классная… Фигня полная, а не перелом.
– Не знаю, что там с рожей Мальцева, но твою точно нужно чем-нибудь обработать.
И хотя Вова отнекивался как маленький, я повела его на кухню, где хранилась домашняя аптечка и было больше солнечного света.
– И что вы не поделили? – спросила я, не оборачиваясь к Вове. Сомневалась, что брат ответит мне. Скорее всего, как обычно, огрызнется, что это не моего ума дело. С Мальцевым они дружат с пеленок, и это не первая их потасовка. Всякое бывало. Но в сознательном возрасте, когда рост обоих уже перевалил за сто восемьдесят сантиметров, до рукоприкладства не доходило.
В этом году в нашей школе появилась новенькая – Соня Аверина. И, как бы мой брат ни отнекивался, он запал на нее с первого сентября. Соня училась вместе с Вовой в одиннадцатом «А», в то время как Матвей Мальцев – в «Б», и расположить к себе Аверину у него явно куда меньше шансов. Да и не боролись эти двое обычно за внимание одной девчонки. Но это ведь Аверина! Новая звездочка, на которую запали все парни.