А еще твердый член, упирающийся мне в поясницу.
Сознание вновь наполнили стыд и смущение, из-за чего мысли воспылали адским огнем и я, широко раскрыв глаза, начала вырываться. Эта ситуация уже переходила все границы. Мы вдвоем голые и я так тесно прижата к Бранту, из-за чего своим телом так ясно ощущала его – крепкое и мощное. Слишком близко и остро. Дико для меня и чрезмерно запретно. Неприемлемо.
— Отпусти, — голос дрогнул. – Ты душевыми ошибся? Тебе нужно в соседнюю, — сказала, но краем сознания понимала, что, нет, он не ошибся.
— Хочу тебя, — прорычал он. Одной рукой все еще прижимал меня к себе, а второй жестко скользнул по телу.
— Нет, не трогай меня, — сознание мгновенно опустело, но я из последних сил пыталась сопротивляться. Ну почему это происходило со мной? Почему не могла дать ему сильный отпор и выказать всю ненависть которую ощущала несмотря на наваждение, нахлынувшее на меня из-за этой близости? Это потому, что этот оборотень был моим истинным? Тогда мне нужно было убрать эту связь. Как можно быстрее.
"— Обопрись руками о стену, — он заставил меня наклониться и я тут же ладонями коснулась холодной плитки. Но не потому, что Брант этого хотел. Просто ноги подогнулись и я боялась, что упаду. Хотела иметь возможность хоть за что-то держаться. — Вот так. Хорошая девочка.
— Ненавижу тебя, — прошептала, но, когда он ладонью провел по спине, ощутила, как вслед этому прикосновению по телу прошлись щекочущие импульсы и я прогнулась, кусая губы, чтобы не застонать.
— Ненавидишь, но опять течешь, — эти слова прозвучали совсем рядом с моим ухом. – Раздвинь ноги.
Брант шлепнул меня по попе и я, не сдержавшись, застонала. Больно, но это была не та боль, когда нестерпимо и от нее хотелось избавиться. Эта боль была интимной и обжигающей. Пропускающей по телу волну дрожи.
— Тебе нравится погрубее, — оборотень сжал ладонью мою попу. – Настоящая находка.