Не человеческая. Он не человек. Брант действительно та тварь, от которой лучше держаться подальше.
И сейчас мне казалось, что в нем не было ничего такого, что могло заставить оборотня чем-то дорожить. В его собственной пустоте не имелось души и сочувствия.
— Теперь я понимаю, почему тебя все избегают… — я даже не поняла, что произнесла эти слова вслух. Как-то резко поднялась со стула, на котором сидела и, оставив все свои вещи на столе, пошла к двери.
Мне нужно было подумать. И сейчас не могла находиться рядом с Брантом.
И уже сейчас я вся была в своих мыслях. Горьких, тоскливых и таких неприятных. Тонула в них и ими захлебывалась. Поэтому, когда на мое запястье легла массивная ладонь, я очень сильно вздрогнула и рефлекторно выдернула свою руку. Обернулась и посмотрела на Бранта. Он стоял позади меня и теперь смотрел на мое запястье, которую он хотел взять своей ладонью.
— Боишься меня? — спросил. Не громко. Спокойно. Но будто нуждался в ответе.
— Боюсь, — ответила так же тихо, но так слышно в возникшей тишине.
Развернулась и уже быстрым шагом вышла за дверь.
Солгала ему. Я не боялась и вот это пугало.
Я знала, что этот оборотень далеко не примерный и ему не чужды плохие поступки. Была наслышана о них раньше, но одно дело воспринимать их раньше, когда я считала его врагом. Другое дело чувствовать их теперь, когда почти поняла, что Брант и Арон моя судьба. Моя пара.
И в том, кто лишь пару часов назад прижимал к себе, чувствовать полное безразличие к оборванной его же руками чужой жизни.
Уже вскоре я узнала, что Кайл все же умер. Его спасти не смогли.
Его друзья были еще живы. Я видела их, когда зашла в госпиталь и понимала, что то, что от них осталось, ничуть не лучше смерти.
А ведь он еще избил Рейна. Не так сильно, но Рейн был братом его невесты, а Брант без колебаний покалечил его лишь за один неугодный поступок.
И он тот, за кем пойдут все оборотни. Порвут в клочья всех, кого он посчитает недостойным жизни.
Брант и Арон были уникальны. Почти бог. Тысячелетний оборотень, который был разделен на две части и в данном случае это могло сотворить новую историю. Арон, как более человеческая сущность и сын короля, мог править людьми. Брант, как более звериная сущность мог держать власть над оборотнями. Благодаря тому, кем они являлись и тому, что они разделены, имели возможность объединить две самые сильные расы, которые всегда враждовали.