Решила, что вкусные стейки и гарнир будут лучшим знаком для примирения. Конечно, я не считала, что у нас была ссора, но все же ситуация казалась неприятной. И теперь мне хотелось накормить Бранта. Может, это хоть немного поднимет ему настроение.
Я могла лишь догадываться, что Брант у себя. Просто не знала, где еще его искать и, в первую очередь, решила заглянуть к нему в комнату. И оборотень действительно был там. Я только подошла к двери и еще даже не успела постучать, как она открылась и я увидела Бранта.
Он почувствовал мой запах.
— Привет, — сказала, после чего протянула парню лоточки. – Это тебе.
Брант взял их и немного отступил в сторону. Будто не знал, зайду я к нему или уйду, но этим жестом приглашал к себе. Я зашла и сразу села на край кровати.
Брант ничего не говорил, но постоянно смотрел на меня. В этот момент он казался мне каким-то закрытым. Замкнутым. Но, при этом, осторожным со мной. Не подходил близко, будто думал, что от близости с ним я испугаюсь и опять уйду. Раньше я не замечала такого за ним.
Стола в его комнате не было и Брант поставил лоточки на подоконник. Открыл его и посмотрел на содержимое. Там была печенная картошка, аппетитный запах, которой тут же наполнил комнату.
Брант поднес лоточек к лицу и принюхался. Рассматривал содержимое.
— Ты выглядишь так, будто думаешь, что я тебе отраву принесла, — я улыбнулась.
Брант посмотрел на меня. На мою улыбку, на какое-то время задерживая на ней взгляд. После этого поставил лоток на подоконник и, взяв вилку, начал есть.
Я не стала сразу начинать разговор и решила подождать, пока Брант доест. Не хотела отвлекать его. Сразу смотрела на него, а потом окинула взглядом комнату. Белые стены и единственную тут мебель – шкаф и кровать.
Но уже вскоре меня отвлек звук упавшей вилки. Я тут же обернулась к Бранту. Увидела, как его грудь вздымалась от рванного дыхания, а из носа потекла кровь. Он тыльной стороной ладони стер ее, еще сильнее размазывая алую жидкость по лицу.
Оборотень несколько раз моргнул, будто пытался сфокусировать взгляд, но в глазах очень быстро лопались сосуды, делая их красными. Зрачки с радужками, начали блекнуть. Будто бы исчезать.