– А то кто же?!
– Странно! С чего это я взял?
– Это уж точно: странно.
– Отличное место для выяснения отношений, – сказал капитан несколько уже раздраженно. – И время!
– Я не отношения выясняю… – начала Алина.
А Мазепа за нее закончил:
– …а истину! Истина, Алиночка, исключительно в вине. Еще древние это знали. Ты тянуть будешь? Подавай задом, сюда, поближе… – и не дав невесте ответить, пошел к «шевроле» не «шевроле», склонился над багажником, извлекая из бездонных недр буксирный трос, приладил-прицепил к своей машине, к Алининой, которая к тому моменту стояла уже рядышком.
– Ну не-ет, – протянула Алина, взвесив вариант. – За твою колымагу… Разобью – не рассчитаюсь до смерти.
Они совсем было разошлись по своим автомобилям.
– Постой! – вдруг вспомнил капитан и снова скрылся в недрах багажника, извлек две коробочки с антеннами. – Уоки-токи! Вот здесь нажмешь – передача.
Алина кивнула.
Капитан уселся за руль, сказал в коробочку:
– Проверка связи. Как слышно?
– Отлично, – отозвалась Алина.
– Что? Не понял? – переспросил капитан.
Алина отложила коробочку, высунулась в окно, крикнула:
– Отлично слышно, говорю!
– С Богом! – тоже высунулся капитан в окно.
Алина сосредоточилась, мало-помалу отпуская сцепление. «Ока» напряглась и заглохла. Трос провис.
– Спокойненько.
Алина попробовала еще раз. Теперь получилось, хоть"
"в салончике и запахло подгоревшим асбестом выжимного диска. И вот связанные тросом машины поехали потихоньку по вечернему городу: Давид тащил Голиафа,
Алина внимательно вела «Оку», поглядывая в зеркало заднего вида. Протянула руку на соседнее сиденье, взяла уоки-токи, нажала передающую кнопочку.
– Слушай, – сказала, – а этот убитый из «Трембиты», ну Николай, кажется… Почему он тогда, в детстве, сам натравил на тебя шпану, а потом сам же тебя и спас? Не мог ведь он заранее знать, что ты ментом станешь, что ваши дорожки пересекутся… Ты, надеюсь, уже в курсе, что это он их тогда на тебя натравил?
– Власть… – донесся из дурного динамика искаженный голос Мазепы.
– Как ты сказал? – задумчиво переспросила Алина.
– Тихонько, тихонько! – крикнул капитан.