Присутствующий здесь Александр Петрович Склифосовский уже имел опыт столкновения с этой страшной инфекцией и может поделиться своим опытом.
— Так ли велика и страшна угроза, как её рисуют, Степан Митрофанович? — с иронией в голосе спросил Гааз, окинув меня взглядом, как нагадившего в углу щенка. — Видится мне, что это была обычная вспышка из природного очага инфекции, которую наш Александр Петрович возвёл до уровня вселенской катастрофы. Есть ли какие-то доказательства, что бактерия выращена искусственно?
— А доводилось ли вашему сиятельству видеть хоть что-нибудь за пределами стен своего кабинета? — не особо стесняясь его высокого положения, но спокойным голосом спросил я.
— Да что вы себе позволяете, молодой человек? — вскипел известный в городе и стране лекарь, когда я макнул его носом в ту же миску с прокисшими щами, что и он меня.
— Большего, чем ваше сиятельство, я не могу себе позволить, — хмыкнул я. — Поэтому ровно столько же.
— Господа, сейчас не время для бестолковых междоусобиц, — хлопнул ладонью по столу Обухов. — Нам надо срочно решать важные вопросы. Чтобы удостовериться в достоверности доклада Склифосовского, для вас подготовлены материалы с фотоотчётом, которые вы можете найти в папках, лежащих перед вами на столе, прошу всех сию минуту с ними ознакомиться, чтобы больше не возникало нелепых вопросов.
Я только сейчас обратил внимание, что перед каждым лежала папка с документами. Все принялись внимательно изучать её содержимое, я тоже решил полюбопытствовать.
Убедившись, что все ознакомились с предоставленным материалом, Обухов озвучил план действий, направленных на предотвращение распространения новой инфекции в случае появления нового очага, а также для борьбы с вероятной эпидемией.
— И ещё одно очень важное замечание, господа, — обратился ко всем Обухов, подводя итоги. — Нельзя допускать паники среди населения.