— Ладно, всё, молчу, — прозвучал, отдаляясь, его голос, словно он говорил, уходя вдаль по коридору.
Я составил список жизненно необходимых вещей и продуктов, вручил Прасковье, дал денег с избытком и расчётом на такси и отправил за закупками. Девушка проверила список, в итоге большую часть заказала с доставкой, но ехать всё-таки пришлось.
Стоило только немного расслабиться и откинуться на спинку кресла с закрытыми глазами, как дверь без стука распахнулась и буквально влетела Мария, с разбегу плюхнувшись в кресло для посетителей.
— Вошла во вкус быть маленькой? — улыбнувшись спросил я. — Как обустроилась?
— Слышь, командир, я медитировать научилась! — воскликнула она с такой довольной физиономией, словно нашла карту острова сокровищ. — Так что на следующий очаг еду с вами.
— Ты что, с ума сошла? — возмутился я. — Никаких очагов! Дома сиди, штудируй магическую науку.
— Очень интересно, — удивлённо и слегка обиженно протянула она. — Какого чёрта я должна буду сидеть дома, когда тут такое творится? Мои благодетели будут жизнью рисковать, а я книжки читать, да кота кормить? Нет уж! Хватит юлить, Саша, я еду с вами и это не обсуждается! Мы с дедой Витей уже и противочумный костюм для меня адаптировали, да, деда?
В этот момент в кабинет вошёл Виктор Сергеевич, который видимо отстал от Марии.
— Да, внучка, — пробормотал он и тяжко вздохнул.
— Крепись, дядь Вить, — хмыкнул я. — Внуков надо любить, холить и лелеять.
— Стараюсь, как могу, — ответил он и покосился на Марию.
— Ну ладно, значит поедешь с нами, — сказал я магичке и наблюдал, как дядя Витя закрыл лицо рукой. Тогда для закрепления эффекта решил добавить: — Без тебя нам не справиться.
— Ну вот и отлично! — воскликнула Мария, вскакивая с кресла, как на пружине. — Пошли, деда Витя, нас там пациенты ждут!
Измождённый заботой о новоиспечённой внучке, Виктор Сергеевич послушно встал и поплёлся вслед за ней.
— А кому сейчас легко? — хмыкнул я, когда дверь за ними закрылась.
Зазвонил телефон, это был главный знахарь станции скорой помощи имени Пирогова Гартман Иосиф Матвеевич.
— Приветствую, Александр Петрович! — бодро сказал он, но за показной жизнерадостностью чувствовалась тревога. — Скажите, а мы завтра с супругой сможем к вам приехать? Хотелось бы всё-таки закончить то, что начали, чтобы душа была спокойна.
— Приезжайте лучше сегодня, — ответил я. — А ещё лучше — прямо сейчас.